Страница 268 из 308
«Девочка-цветочек росла, но как-то не особо, не то, что некоторые», – уточняла мать язвительно, заставляя Цветочка смущённо сворачиваться клубком, – «так что оставалась маленькой и миленькой, отчего на неё вечно зарились какие-то говорящие животные с целью заключения брака. Нет, не спрашивай, зачем», – вскидывала она как из камня рубленую ладонь, – «это история о старых временах. Что мы делаем, когда речь заходит о старых временах? Мы отключаем критическое восприятие. Итак, сначала девочку-цветочек спёрли какие-то жабы. У них ей не особо понравилось, так что она сбежала и попала к кроту. Служить у крота всю зиму завскладом зерна, клининг-менеджером, экономкой и Триединый знает кем ещё на минимальном окладе и терпеть тошнотворные подкаты старого пердуна девочке так надоело, что она угнала из гаража крота самую быструю ласточку (которую тайно починяла всю зиму) и свалила на юга лечить нервы», – темп сказки нарастал: верный признак того, что мать теряла терпение. К оригинальному содержанию уже примешивалось рассеянное дикторское бормотание: «и это советуют читать детям? Ата-ас». Мать собрала выдержку в кулак из синтмышц и пористой стали и закончила: «Но и там к бедолаге прилип как подорожник к заднице какой-то малолетний инфантил, угрожая помереть прям на месте, если она с ним не останется. Девочка-цветочек была такой доброй, что пожалела убогого и согласилась. Коне-ец», – мать пружинисто вскочила и направилась к выходу из комнаты. «Спокойной ночи».
Цветочек ещё долго ворочалась в чересчур тёплой комнате. Она думала. Девочка из сказки действительно была такой доброй?
Что ж, она свалила из Нового Болота, прикончила старого крота. И прилипла к инфантилу, который своим бестолковым поведением ежедневно рискует помереть прям на месте. Прилипла из жалости, по доброте?