Страница 210 из 308
Кто бы не разрабатывал документацию к контурам, фантазию он проявлял исключительно в изобретении трафаретов для обозначения всякого рода опасностей, подстерегающих неразумное человечество на пути к межпространственным переходам. В формулярах красовались пиктограммы излучения, концентрические круги биологической опасности, градусники с зашкаливающими значениями температуры, стилизованные клубы пыли и обломков и улетающие от взрывной волны куда-то прочь с трафарета печальные схематичные человечки с глазками-крестиками. Приобретший стойкое отвращение к треугольникам с восклицательными знаками читатель к концу документа бывал вознаграждён несколькими абзацами сухих спецификаций.
В остальном, жаловаться было не на что: шкафы и сейфы архива Объекта хранили сотни сопроводительных книжечек сотен рам. Если из этого колониального великолепия осталось не сданным на вторчермет хотя бы один-два процента, им найдётся, из чего выбрать. Архив Зауриэль перелопачивал с Кереметом и Баэль: Кыстынчи, прознав, что дело дальше перебирания бумажек пока не идёт, включил режим «я всего лишь водитель и ничего не понимаю» и милостиво разрешил увести себя на экскурсию по Объекту каким-то юнцам с длиннейшими титулами-должностями.
Зауриэль, Баэль и Керемет остались на попечении Виктории, Врио Главного Архивариуса Объекта, Четверть-Божественной Внучки (судя по возрасту, самой давно обзаведшейся внучками и внуками). Для Объекта «Врата» как градообразующего предприятия Усть-Мезеня проблема трудоустройства родственников упокоившихся за давностью лет инженерно-технических работников Метрополии была как никогда актуальна, и Объект «Врата» подходил к проблеме со всей серьёзностью.
Виктория и сонм её девочек-подчинённых в комиссионных изысканиях не помогали, удалились в образованный сдвинутыми шкафами закуток и, судя по свисту чайника и звону ложечек, неплохо проводили там время. Изредка Виктория выплывала из-за шкафа и поджимала ярко накрашенные губы, когда взгляд её скользил по стопкам сваленных на столах документов. Зауриэль строил ей зверские рожи, намекавшие на замеченные в ведении архива страшные косяки, чем Внучку изгонял.
– По какому принципу ты их отбираешь? – Керемет покосился на стопку отложенных документов. – Чтоб штампа «списан» не было, это понятно…
– Я только такие вам и даю, – оскорбилась Баэль. Её слегка нервировала Врио Архивариуса.
– Смотри, чтоб значок серийности был, – Зауриэль щёлкнул ногтем по неприметной сноске на заглавной странице. – Конструкторские больные фантазии нам не упёрлись.
Керемет со вздохом принялся рассортировывать свою стопку документов заново. Главное правило библиотеки давалось ему тяжело:
– Я вот думаю, краулер этот тонн на восемнадцать потянет…
– Больше, – уверенно заявила Баэль. Она тоже хотела участвовать в разговоре.
– Тогда, получается, раму диаметром метров тридцать надо брать. Мы её даже не увезём.
Зауриэль поморщился. Княжна была права: дилетант парниша.
– По сечению считается. Берёшь ширину рамы, прикидываешь, на сколько кило сечение такой толщины для переносимого объекта потянет. Пропускной тонны в две за глаза будет.
Долго молчали. Баэль, скучая, подходила к окну и смотрела на синие сумерки: в такое время года над Объектом не рассветало до конца. Зауриэль лихорадочно пытался восстановить в памяти все важные критерии отбора. Серийность, пропускная способность, марка стали, тип активации, количество узлов калибровки, ступени и время охлаждения, степень износа. Параметры танцевали и складывались, тонкая стопочка «идеальных» документов изредка принимала к себе новую тонкую книжицу.
Углерода многовато, но диапазон рабочих температур довольно мал, сильно не греется…
– Я вот думаю, – начала Баэль, сбивая полёт мысли, – их тут пара сотен работников, по самым скромным прикидкам… на что им зарплату платят, они же ничего не…
Керемет указал в сторону обители архивариуса и сделал умоляющее лицо.
– Не обслуживают прибыльное туристическое направление, – не моргнув глазом, поправилась Баэль, подсев ближе.
– Судя по тому, как настойчиво нас зазывают бухать вместо инспекции, они дозировано сдают запасы предков на переплавку, – понизив голос, сказал Зауриэль.
– Ещё контурный налог, – подсказал Керемет.
– Его население платит на амортизацию Поста, а тут давно ничего не работает.
– Тут население платит, чтобы и дальше всё не работало. Врата подают себя как затычку между действительностью и Нижним миром. Платишь налог – и из жуткого межмирового разлома не лезут чудовища.
– Они и так не лезут, – пожала плечами Баэль.
– Так это Врата работают, – ухмыльнулся Керемет. – По логике вещей.
– Гении, затычки им в задницы! – театральным шёпотом восхитился Зауриэль.
– Но тогда получается, что ты хочешь отвезти на юг штуку, которая выпустит в мир, по мнению местных, орды чудовищ, – Баэль задумчиво водила пальцем по стеклу на столе. – Эти Божественные за яйцо не подвесят за такое?
По мнению Зауриэля, никого чудовищнее княжны Морруэнэ дельте пока не грозило, но при вице-консуле нельзя было упоминать княжну ради хорошего настроения вице-консула. С поистине чудовищным опозданием, Зауриэль взялся Работать Над Отношениями.