Имплицитный фактор

Ну вот и всё. Джо обошёл вокруг упавшего шагохода, чтобы лучше его рассмотреть. Исполненный очей херувим лежал, не шевелясь, придавив собой огненный меч, бессильно вытянув левый манипулятор. Откуда она его взяла? Ей удалось как-то вскрыть мертвятник, или она нашла его где-то среди малых корпусов? Надо бы расспросить её прежде, чем уничтожать – как только он придумает, как вскрыть её капсулу, конечно.

Джо скосил взгляд на прозелень единственного идентификатора, доступного в поле действия эмиссера оболочки, и дунул в микрофон:

– Эй, ты жива? Всё-всё, я понял, что с тобой шутки плохи. Вылезай.

Молчание. Не верит участливому тону?

– Собираешься сидеть тут вечно? – снова тишина и ни писка текстового уведомления в ответ. – Ла-адно. Я тут пока осмотрел твой образец оболочки… без обид, но он типовой: ни декоративных элементов, ни уникального обвеса – «рабочий верблюд», как говорят в Библосе, – Джо хмыкнул. – Невелика потеря, если я спалю его к нечистым плазмой. Подумай над этим.

Джо побарабанил пальцами по приборной панели, вручную убрал сообщения о повреждениях брони левого плечевого сегмента, чтобы не застили обзор, и просмотрел доступные к вызову сигнатуры. По-прежнему одна, и та мрачно молчит. Магнитная аномалия Аззах-Кермил сильно сужала радиус действия эмиссера оболочки.

График акустических колебаний показал слабые зубцы. Гроза сместилась к югу, но это не громовой профиль. Джо полистал режимы. Слабая световая вспышка близко к земле, мощный тепловой след. Виго что-то уничтожил? Ещё, как назло, с ним нет связи.

GER переступил с опоры на опору.

Может, нечистые? Те, которых фиксировали у северо-западной грани щита несколько часов назад? Джо внимательно изучил южное направление в тепловом диапазоне. В любом случае, пора заканчивать с амумом и…

Мысль споткнулась. Джо приблизил фрагмент картинки. На GER стояли хорошие матрицы с высокой чувствительностью, они не могли ошибиться. Объект в полулиге, у границы заброшенного квартала: чёткая красно-жёлтая фигурка среди чёрно-фиолетовой мешанины. У объекта был хвост.

Джо долго молчал, увеличивая и уменьшая картинку, подкручивая настройки теплового режима. А потом он рассмеялся. Он согнулся в своём кресле так, что гифы натянули кожу: смех душил его.

– Эй, друг, ты там живой? – позвал Джо молчаливого собеседника. – Не знаю, зачем ты курочил мою оболочку – возможно, мы все стали жертвами ошибок идентификации. Ты жил здесь всё это время? Я тоже из этого города! Я тебе не враг. Я… я параноик! Идиот! Напридумывал невесть чего: некрополь, восстановление оболочки. А она животное, тупое животное: вон, смотри, заблудилась, шатается по округе, даже не понимая, как уйти из города. Подожди минутку, надо закончить одно дело, тогда поговорим, – он щёлкнул по иконке роторных пулемётов.

Фигурка попала в оранжевую рамку прицела. Странное онемение охватило щиколотку – как если бы на ноге сомкнулись невесомые холодные пальцы призрака.

Поверженный EZR зажал манипулятором опору GER.

– Друг?

 «Нет».