Колыбель. Часть первая. Террор

«Па­па го­ворит, что со­вер­шенно точ­но. Ты ведь зна­ешь, что па­поч­ка очень хо­рошо раз­би­ра­ет­ся в ди­ких жи­вот­ных, Эд­ди!» – всплы­ло ещё од­но со­об­ще­ние. Эд­вард от­ки­нул­ся на спин­ку крес­ла. Но­вость бы­ла не­ожи­дан­ной, хо­тя и очень дол­гождан­ной. Нем­но­го по­мед­лив, он наб­рал текст от­ве­та.

«Как ско­ро нуж­но вы­пус­тить птен­чи­ка?»

«Па­па ска­зал, что до сре­ды точ­но нуж­но, глав­ное, что­бы по­года не под­ве­ла. У нас обе­ща­ют гро­зы».

«Да, я ви­дел прог­ноз в ва­ших кра­ях».

«Ещё па­па го­ворит, что в пос­ледние день­ки, по­ка птен­чик с на­ми, нуж­но сде­лать всё, что­бы он нас не за­был и при­летал вре­мя от вре­мени. Ну всё, я убе­жала де­лать уро­ки; -) Це­лую, бра­тик!»

А вот это уже рис­ко­ван­но. Но вы­бора у не­го нет, нуж­но дей­ство­вать. Эд­вард взгля­нул на на­руч­ные ча­сы: по­лови­на треть­его. Есть мас­са вре­мени, что­бы под­го­товить­ся, выб­рать на­илуч­ший план из ра­нее за­готов­ленных. Эд­вард на­лил се­бе круж­ку креп­ко­го чёр­но­го ко­фе, по­ложил нес­коль­ко ку­соч­ков са­хара и вы­шел на не­боль­шой бал­кончик сво­его ма­лень­ко­го офи­са.

Ед­ва он пе­рес­ту­пил по­рог бал­ко­на, как Эд­варда оку­тала лип­кая жа­ра, рез­ко кон­трас­ти­ровав­шая с прох­ла­дой кон­ди­ци­они­рован­но­го воз­ду­ха в по­меще­нии.

Се­год­ня был яс­ный день, лишь где-то на за­паде толь­ко-толь­ко на­чали со­бирать­ся об­ла­ка. С вы­соты трид­ца­того эта­жа бы­ла от­чётли­во вид­на сте­на, воз­ве­дён­ная вдоль бе­рего­вой ли­нии. Где-то за ней был заб­ро­шен­ный мор­ской гру­зовой порт, до­ки, за­тонув­шие от ста­рос­ти бар­жи и тон­ны дох­лой ры­бы, бь­ющи­еся о бе­тон­ную прег­ра­ду вмес­те с вол­на­ми. Со сто­роны су­ши про­лег­ла зо­на от­чужде­ния ши­риной в ми­лю. Низ­кие ос­то­вы зда­ний, му­сор и ты­сячи дох­лых птиц. Пти­цы бы­ли из­ре­шече­ны ав­то­мати­чес­ки­ми ту­реля­ми – Эд­ди иног­да ви­дел, как они бь­ют трас­се­рами по ве­черам. Ког­да со сто­роны Мек­си­кан­ско­го за­лива дул ве­тер, ули­цы Мо­била на­пол­ня­лись вонью тух­ля­тины. Вре­мя от вре­мени тру­пы птиц сжи­гали из ог­не­метов, и тог­да во­няло под­го­рев­шим бар­бе­кю и па­лёны­ми перь­ями. Эд­вард знал, все зна­ли, что так про­ис­хо­дит по пе­римет­ру всей «Ве­ликой Мек­си­кан­ской» сте­ны, от Май­ами, штат Фло­рида, до мек­си­кан­ско­го мес­течка Кан­кун. Толь­ко в ма­лона­селён­ных мес­тах тру­пы птиц сжи­гали на­пал­мом. Пус­тынных мест вдоль Мек­си­кан­ско­го за­лива бы­ло пре­дос­та­точ­но – ник­то не хо­тел жить ря­дом с гной­ни­ком пла­нетар­но­го мас­шта­ба. Мо­бил всё ещё су­щес­тво­вал из-за круп­ной же­лез­но­дорож­ной раз­вязки, свя­зывав­шей За­пад­ное и Вос­точное по­бережье США.

Офис рус­ско­го на­ходил­ся в зда­нии че­рез до­рогу, на уг­лу Ни­колас Лэйн и Да­уфин Аленд на двад­цать седь­мом эта­же. Ког­да жа­люзи бы­ли от­кры­ты, по­меще­ние объ­ек­та прос­матри­валось от­лично, вот толь­ко от­кры­вал он их край­не ред­ко. Вот и сей­час жа­люзи скры­вали хо­зя­ина офи­са от пос­то­рон­них глаз. Но Эд­ди точ­но знал, что рус­ский там, в ма­лень­ком офи­се сво­ей тран­спортной фор­мочки, ко­торая ни­чего не пе­рево­зила, но име­ла го­довой обо­рот в две­над­цать мил­ли­онов дол­ла­ров. Фор­маль­но фир­ма при­над­ле­жала рус­ско­му эмиг­ранту-бег­ле­цу, биз­несме­ну Ан­дрею Фи­лип­по­ву, но зда­ние, в ко­тором он сни­мал офис, при­над­ле­жало Би Пи Енер­джи Сис­темс. Го­род, в ко­тором сто­яло зда­ние, при­над­ле­жал Би Пи Енер­джи Сис­темс, и весь чёр­тов штат Ала­бама при­над­ле­жал Би Пи Енер­джи Сис­темс! И ох­ранни­ки рус­ско­го то­же бы­ли на­ем­ни­ками Би Пи Енер­джи Сис­темс.

К то­му вре­мени как за­кон­чился ко­фе, Эд­ди уже выб­рал план дей­ствий. Вер­нувшись в прох­ла­ду по­меще­ния, он на­кинул лёг­кий пид­жак, за­тем выд­ви­нул ниж­ний ящик сто­ла, выт­ряхнул его со­дер­жи­мое на стол. В по­тай­ном от­се­ке ящи­ка ле­жало нес­коль­ко смя­тых па­чек дол­ла­ров, в ос­новном мел­ких. Эд­ди от­счи­тал двес­ти двад­цатка­ми, по­ложил в кар­ман, ос­таль­ное спря­тал об­ратно. Боль­ше но­сить с со­бой бы­ло прос­то опас­но – есть риск уго­дить за ре­шёт­ку на пол­го­да за хра­нение на­лич­ных в круп­ных раз­ме­рах. Но двух­сот бак­сов впол­не дол­жно бы­ло хва­тить.