Страница 3 из 62
Пять быстрых уколов вокруг ранки, сделанных рукой профессионала, и боль, гораздо более сильная, чем от шокера, вновь забила сознание Эдди в дальний угол мозга.
Эдди полусидел-полулежал на удобном кожаном диване в уютной бутафорской гостиной бутафорской квартиры. Пауэлса рядом не было. «Может это сон, кошмар?!» – пронеслось в голове у Эдди. Одним движением он задрал рубашку. Кошмар оказался явью. Четыре полоски пластыря держали небольшой ватный тампон прижатым к коже. Эдди трясущимися пальцами аккуратно отлепил две полосы пластыря и взглянул на ранку. Она была синей. Прилепив пластырь обратно, Эдди некоторое время сидел и смотрел на шкаф с книгами, не думая ни о чём. Затем осмотрелся, будто увидев эту гостиную впервые, заметил строгий портфель, лежавший в кресле, где сидел Пауэлс. В портфеле оказался планшет с заданием, фальшивые документы, наличность мелкими купюрами и белая коробка без опознавательных знаков.
От хорошей осенней погоды не осталось и следа. Крупный частый дождь лил как из ведра, выбивая на лужах пузыри. Иногда налетали яростные порывы ветра, завывая в промежутках между домами. Эдди поднял воротник тёплого пиджака, зажал портфель под мышкой и заспешил вниз по улице.
НИКОЛАЙ
Первый разгонный импульс с силой вдавливает Николая в кресло, его желудок сжимается в комок, виски и лоб покрывает холодная испарина.
– Первая стадия разгона транспорта завершена. Оставайтесь на своих местах до стыковки со станцией, – предупреждает приятный синтетический женский голос и тут же начинает отсчёт: – До второй стадии разгона остаётся десять… девять… восемь…
Пальцы Николая мёртвой хваткой сжимают крепление фиксатора на груди, прижимающего его к креслу. Снова рывок и его сердце на мгновение замирает. Но второй импульс оказывается куда мягче первого и Николай, переведя дыхание, осматривается.
В круглом пассажирском отсеке орбитального транспорта лицом друг к другу сидят четырнадцать человек. Многие перенесли первый старт с Земли не лучше чем Николай – он не раз слышал от старших товарищей, как паршиво они пережили первый рывок из атмосферы планеты. Большинство пассажиров транспорта – курсанты Новосибирской Военно-космической Академии, такие же, как и он сам. Остальные направлялись на Станцию из разных стран – пара смуглокожих индусов, японец и гражданка США.
– Колян, смотри! – лёгкий тычок в плечо заставляет Николая повернуться к своему приятелю Вадиму. Тот стягивает с руки перчатку и оставляет её висеть перед собой в невесомости, затем лёгкими движениями придаёт ей вращение.
– Вадя, ты слышал про американку?.. – начинает разговор Николай.
– Ну да, симпатичная, хотя у нас и красивей учатся! – перебил Вадим, пытаясь дотянуться до уплывающей перчатки. Вадим, как всегда, был на своей волне, то есть на «Бабник ФМ». – Куда красивей!
– Да я не об этом! Ты слышал, что она даже русский толком не знает? Это же запрещено инструкциями!
– Научим! – заговорщически ухмыльнулся Вадим, потом внимательней посмотрел на иностранку и выдал: – Хотя… Нет, я точно учить не буду. Не в моём вкусе!