Колыбель. Часть первая. Террор

– На пус­то­ши раз­го­ня­ет­ся до пя­тисот ки­ломет­ров в час. Но на до­роге че­рез джун­гли ско­рость не пре­выша­ет трёх­сот пя­тиде­сяти! На ло­комо­тиве

сто­ит вы­соко­час­тотный зву­ковой из­лу­чатель для от­пу­гива­ния жи­вот­ных, ко­торый из­да­ёт звук, оз­на­ча­ющий опас­ность как при зем­летря­сении. Жи­вот­ные от не­го бе­гут как от ог­ня!

– При экс­плу­ата­ции элек­тро­маг­нитной до­роги ни од­но­го сло­на не пос­тра­дало! Здо­рово при­дума­но, прав­да, Ев­ге­ний Еф­ре­мович?

– Что? А, да… Ори­гиналь­но.

По­лян­ский выг­ля­дел так, буд­то глу­боко пог­ру­зил­ся в раз­думья и в при­дачу не выс­пался – пок­раснев­шие гла­за, по­мятый вид. На про­нося­щий­ся за стек­лом тран­спор­та пей­заж, смот­рел, не ви­дя, хо­тя ни­ког­да ра­нее в Пус­то­ши не бы­вал.

– Что с ва­ми, Ев­ге­ний Еф­ре­мович? Вам нез­до­ровит­ся?

– Нет, Ко­ля, всё в по­ряд­ке… – По­лян­ский вы­мучен­но улыб­нулся. – Ни­как к кли­мату при­вык­нуть не мо­гу. Аф­ри­ка – это точ­но не моё!

Крас­ная пус­тошь рас­ки­нулась от го­ризон­та до го­ризон­та и, ка­залось, буд­то кро­ме неё ни­чего не су­щес­тво­вало. Жи­вот­ные из­бе­гали это­го пят­на на те­ле Чёр­но­го кон­ти­нен­та и пред­по­чита­ли не по­кидать ок­рес­тных джун­глей.

– Ка­кое гне­тущее впе­чат­ле­ние… – про­бор­мо­тал Ни­колай. – Не мо­гу по­верить, что всё это сде­лано ру­ками че­лове­ка!

– Ан­ти­вещес­тво стёр­ло три мет­ра пло­дород­ной поч­вы вмес­те с жи­вот­ны­ми, рас­те­ни­ями и за­ражён­ны­ми людь­ми. Те­перь это са­мое без­жизнен­ное мес­то на пла­нете. Я слы­шал, да­же пе­релёт­ные пти­цы об­ле­та­ют его сто­роной! – про­из­нес По­лян­ский. – Мно­гие пи­лоты из на­ших ВКС пос­ле этой бом­барди­ров­ки по­дали в от­став­ку.

– За­то мы уз­на­ли, что не оди­ноки во все­лен­ной… – вста­вил Юдин.

– Мы уз­на­ли, что мик­ро­бы не оди­ноки во все­лен­ной. – По­лян­ский пос­мотрел на Юди­на. – Ни­колай прав. Это ско­рее на­поми­нание не о ка­тас­тро­фе и за­раже­нии, это на­поми­нание о том, что че­ловек мо­жет сот­во­рить да­же та­кое!

По­чему-то Ни­колай не ощу­тил чувс­тва удов­летво­рения от собс­твен­ной пра­воты.

Гру­зовые по­ез­да на маг­нитной по­душ­ке, не­боль­шие, все­го в нес­коль­ко ва­гонов, до­воль­но час­то про­носи­лись ми­мо. Они шли мно­го даль­ше Кам­па­лы и озе­ра Вик­то­рия че­рез са­ван­ну Ке­нии к пор­то­вому го­роду Мом­ба­са. Но­вый гру­зовой тер­ми­нал в Мом­ба­се пос­тро­или ки­тай­цы, они же фи­нан­си­рова­ли маг­нитную до­рогу на пер­вых по­рах.

Ни­колай с лю­бопытс­твом рас­смат­ри­вал про­лета­ющие сос­та­вы. Ва­гоны обыч­но бы­ли зак­ры­тыми гру­зовы­ми, но в ос­новном по­пада­лись плат­формы с кон­тей­не­рами. Ос­новным от­ли­чи­ем от обыч­ных по­ез­дов бы­ло на­личие проз­рачно­го об­те­кате­ля по­верх кон­тей­не­ра, для улуч­ше­ния а­эро­дина­мики все­го сос­та­ва.

– Мы сей­час пре­одо­лели по­лови­ну пу­ти че­рез Пус­то­ши до О­ОН, – со­об­щил Юдин. – Сра­зу за тем хол­мом от­кро­ет­ся прек­расный вид на го­род дип­ло­матов.

Обе до­роги, обыч­ная и маг­нитная, на­чали оги­бать по­логий холм. На маг­нитке по­казал­ся по­езд, иду­щий от О­ОН в сто­рону пор­та. Что-то в этом по­ез­де по­каза­лось Ни­колаю стран­ным, и спус­тя мгно­вение он по­нял, что имен­но. Обыч­но пе­ред по­ез­дом выс­ве­чива­лась яр­ко-го­лубая ин­ди­кация, по­казы­ва­ющая, что пу­ти ис­прав­ны. Но пе­ред этим сос­та­вом све­товая ин­ди­кация час­то ми­гала, ви­димо, сиг­на­лизи­руя о проб­ле­мах с пу­тями, од­на­ко по­езд про­дол­жал нес­тись впе­рёд, не сбав­ляя хо­да!