Колыбель. Часть первая. Террор

– Ви­димо, при­вык.

ПО­ЛЯН­СКИЙ

– Бу­тыл­ку конь­яка и два бо­кала, по­жалуй­ста! – Юдин сде­лал за­каз на рус­ском. Чер­но­кожий офи­ци­ант пок­ло­нил­ся, уда­ля­ясь. Пла­мя за­жигал­ки под­па­лило си­гару, и Юдин за­тянул­ся слад­ко­ватым ды­мом. – Тут поч­ти все по­нима­ют рус­ский. Си­гару?

– Нет, – от­махнул­ся По­лян­ский. – За­чем мы сю­да приш­ли?

– Я слы­шу нот­ку раз­дра­жения в ва­шем го­лосе! – Юдин вновь за­тянул­ся. – Обо­жаю пря­моту во­ен­ных. Ес­ли, ко­неч­но, они не из раз­ведки! Вы ведь не из раз­ведки?

При­нес­ли фран­цуз­ский конь­як в изящ­ной бу­тыл­ке из хрус­та­ля. Чер­но­кожий офи­ци­ант раз­лил ал­ко­голь по бо­калам и с пок­ло­ном уда­лил­ся.

– С че­го та­кой воп­рос?

– Ва­ше досье за­сек­ре­чено до мо­мен­та наз­на­чения в учи­лище в Но­воси­бир­ске. Мне не до кон­ца по­нят­но, кем вы яв­ля­етесь для это­го па­рень­ка? Мо­жете ли пов­ли­ять на его ре­шения? Кто вы – друг, учи­тель, сто­роже­вой пес?

– Ско­рее нас­тавни­ком, – по­думав, от­ве­тил По­лян­ский.

– Пой­ми­те и при­мите од­ну прос­тую мысль – я вам не враг! И ру­ководс­тву­юсь я, преж­де все­го, ин­те­реса­ми го­сударс­тва и бе­зопас­ностью дип­ло­мати­чес­кой мис­сии. Вы дол­жны это по­нимать.

По­лян­ский кив­нул, приз­на­вая пра­воту Юди­на.

– Сви­детель­ские по­каза­ния, не под­тверждён­ные фак­та­ми, не про­из­ве­дут на Ас­сам­блею нуж­но­го нам эф­фекта. То, о чём я хо­чу вас про­сить, воз­можно, пой­дёт враз­рез с ва­шими чувс­тва­ми к это­му па­рень­ку. Но, по­верь­те мне, это не­об­хо­димо! Вы дол­жны про­сить… Нет, неп­ра­виль­ное сло­во… Убе­дить его на про­хож­де­ние од­ной про­цеду­ры. Нак­ло­нитесь поб­ли­же, я объ­яс­ню её суть.

По­лян­ский слу­шал шё­пот Юди­на, и с каж­дым сло­вом ли­цо его ста­нови­лось всё мрач­нее. Он ког­да-то чи­тал об этой но­вой про­цеду­ре и пер­спек­ти­ва под­вер­гнуть по­доб­ной об­ра­бот­ке Ни­колая ему со­вер­шенно не нра­вилась. Но в то же вре­мя По­лян­ский осоз­на­вал пра­воту слов Юди­на.

Конь­як По­лян­ский до­пивал уже в оди­ночес­тве, пог­ру­жён­ный в собс­твен­ные не­весё­лые мыс­ли – Юдин так­тично ос­та­вил его на­еди­не с ни­ми.

Ког­да бу­тыл­ка опус­те­ла, По­лян­ский встал и нап­ра­вил­ся прочь из рес­то­рана. Ед­ва он по­кинул зал, как тот же са­мый чер­но­кожий офи­ци­ант бес­шумно воз­ник ря­дом со сто­лом и при­нял­ся уби­рать по­суду. Свет­лая по­душеч­ка его ука­затель­но­го паль­ца при­жалась к крыш­ке гра­фина, сни­мая не­замет­ный, проз­рачный жу­чок прос­лушки.

НИ­КОЛАЙ

При­мер­но в по­лови­не де­сято­го ут­ра сле­ду­юще­го дня джун­гли по бо­кам трас­сы рез­ко про­пали, ус­ту­пив мес­то Пус­то­ши. Крас­но­ватая, слов­но раз­дроб­ленный в пыль кир­пич, зем­ля, бы­ла нап­рочь ли­шена ка­кой-ли­бо рас­ти­тель­нос­ти. Дож­ди прев­ра­тили зем­лю в вяз­кую тер­ра­кото­вую грязь. Не­боль­шие по­логие хол­мы взды­мались тут и там, но на пер­вый взгляд сос­то­яли из той же гря­зи. До­рога зме­илась меж­ду ни­ми нас­коль­ко хва­тало глаз. По пра­вую ру­ку, ки­ломет­рах в пя­ти, из джун­глей вы­ныри­вала сталь­ная нить и скры­валась за близ­ле­жащим хол­мом.

– Это маг­нитная до­рога, там спра­ва? – спро­сил Ни­колай.

– Да. Ки­ломет­ров че­рез пять она со­еди­нит­ся с шос­се, и до са­мого О­ОН бу­дет про­легать па­рал­лель­но. А вот и по­езд!

Из-за хол­ма вы­ныр­нул бе­лый по­езд и нес­коль­ко се­кунд спус­тя скрыл­ся в ле­су так же вне­зап­но, как и по­явил­ся.