Страница 43 из 59
- Отчего не подсказать? Прямо по улице до перекрёстка, там направо, на Тележную, и по ней шагов двести. Большое здание, над входом волчара сидит - не пропустите.
- Спасибо. - мужчина вскочил в седло. - Н-но, Савирад!
- Святой Кьёрр с вами! - крикнул лавочник вслед.
Ближе к центру дома становились больше и богаче, а людской круговорот - гуще; всадник медленно двигался сквозь него, стараясь никого не затоптать. Толпа выглядела радостной и совсем не будничной - многие носили венки из кукурузных листьев, хотя до праздника Солнцестояния оставалось ещё дней десять. В сквере красивого двухэтажного здания с колоннами - возможно, городской управы - человек пятнадцать водили хоровод, хохоча и распевая местный частушки. Весь Салан разительно отличался от запустелой и умирающей Крайней земли; словно вся жизненная сила некогда богатого и плодородного края сконцентрировалась здесь, в маленьком оазисе тепла.
Нужная таверна, в самом деле, нашлась без труда: на козырьке над входом сидел, обернув лапы пушистым хвостом, крупный степной волк. Фигура была вырезана из потемневшего дерева искусно и старательно, до последнего волоска на шкуре - этим талантом славились мастера Салана.
Когда путник спешился, привязав жеребца у коновязи, и взошёл по лестнице, на верхней ступени встрепенулся нищий. Тряся пустой чашкой для подаяний, он заголосил:
- Не оставь в беде, мил человек! Ведун я потомственный, всю правду знаю, что было и будет - всё расскажу!
Скиталец окинул взглядом бедняка - это был первый несчастный человек, которого он видел в городе. От тощего сгорбленного старика несло хуже, чем из выгребной ямы - странно, что хозяева "Волка" не гнали его метлой от своего заведения. Одежду попрошайки составляли грязные рваные лохмотья, сквозь прорехи нездорово алела воспалённая кожа. Нижнюю часть лица скрывала густая клочковатая борода до пояса, верхняя же представляла собой мешанину из глубоких морщин и язв самого мерзкого вида.
- И что за судьба у меня, дед? - усмехнулся путник; в его пальцах, как по волшебству, возникла медная монета.
- Ты сначала заплати. - неожиданно твёрдо отозвался нищий. - И не скупись, мил человек, добрый совет серебром звенит.
Мужчина удивлённо выгнул бровь, но всё же достал серебряный нарон с профилем королевы Джаледы и кинул в чашку. Старик окинул путника взглядом - из-под кустистый бровей сверкнули ярко-синие глаза, живые и цепкие.
- Ты ищешь решение всех бед, своих и чужих. - медленно проговорил нищий. - Один ключ ко всем замкам. И ты придёшь к решению - один, потому что все остальные умерли или отвернулись. Но прежде, чем сделать последний шаг, нанести последний удар - остановись и подумай. Не соверши самую большую ошибку в своей жизни.
Скиталец нахмурился. Больше минуты он смотрел на старика, словно ожидая продолжения. Но тот потерял к мужчине всякий интерес и просто молча сидел, опустив голову, временами почёсывая своё гноящееся лицо. Предсказание, так не похожее на туманные речи уличных "пророков", повисло в воздухе.
Наконец, путник тряхнул головой и решительно толкнул дверь "Серого волка".
* * *
Обеденный зал занимал почти весь первый этаж таверны. Длина барной стойки позволяла вместить, наверное, всех пьяниц города, а длинной вереницы бутылок хватило бы, чтобы споить их подчистую. Впрочем, в этот час в заведении было удивительно мало народа - четыре человека ели и пили за столами, да ещё кто-то невидимый дымил трубкой в кресле напротив большого камина, тёмного и холодного в этот летний день. Тучный лысый хозяин, протирая пивные кружки, даже не глянул на посетителя; впрочем, и в других северных провинциях подобное обхождение считалось нормой вежливости, а большинство трактирщиков и торговцев работали по принципу "надо будет - сам подойдёт". Из-за приоткрытой двери кухни доносился звон посуды, оттуда аппетитно пахло жареной свининой.
Взгляд путника обошёл зал и остановился на дальнем столе; если всю остальную таверну заливало солнцем через широкие окна, то этот угол оставался в тени. Там, похоже, кто-то сидел - неясный силуэт, поймав взгляд скитальца, сделал приглашающий жест рукой.
Мужчина прошёл через зал и опустился на свободный стул.
- Как всегда, вдали от взглядов?
- Люди слишком любопытны, а чужаки здесь появляются редко. - Ответил негромкий голос.
Теперь, когда глаза привыкли к полумраку, путник мог рассмотреть собеседника - высокого, бледного и хрупкого на вид юношу лет двадцати пяти. Его густые смолисто-чёрные волосы были по-щегольски зачёсаны назад, а изящные, даже слегка женственные черты лица говорили об аристократическом происхождении. Широкие глаза необычного жёлтого цвета поблескивали в полумраке. Светлая кожа оттенялась тёмно-серой одеждой, монотонной, но богатой: рубашка с затейливой вышивкой и закатанными до локтей рукавами, облегающие брюки с широкими штанинами и остроносые ботинки.
- Здравствуй, Седрик. - Кивнул мужчина.
- Рад видеть вас в добром здравии, лир. - Юноша уважительно склонил голову. - Возникли трудности в пути? Я жду вас тут уже неделю.