Страница 74 из 79
Во главе стола, на огромном резном стуле, похожем на трон степенно разместился жрец. Мужчины и женщины садились напротив друг друга. Сначала размещались старшие, потом молодёжь, малыши лет шести в самом конце стола. Детей помладше собрали за отдельный стол и за ними приглядывали несколько незамужних девушек. Грудничков матери держали на руках.
Я двинулась было к девушкам, но меня удержал Тор.
— Ты куда это?
— Туда, — ткнула я пальцем в сторону девушек.
— Ещё чего, — возмутился парень. — Мне кусок в горло не полезет, а ну, как кто тебя обидит.
— Тор, зачем им меня обижать?
— Не скажи. Вон тех двух грудастых девах с ярко красными лентами в волосах видишь? Это родные племянницы Ормхильд, а рядом вон её доченьки Трюд и Герда пристраиваются. Смотри, как они все «ласково» на тебя поглядывают. Так и жди, какую каверзу выкинут.
— Где вы там застряли? — возмутился Свейн, уже сидевший за столом.
— Если хочешь, чтобы мы рядом сели, держи свои грабли подальше от моей сестры, ― хмуро глянул на него Тор.
― Я согласен, но при условии, что Алекс пойдёт со мной прыгать через костёр, ― хитро прищурился Свейн.
― А штаны тебе заодно не постирать? ― ехидно осведомился Тор и, схватив меня за руку, двинулся дальше.
Свейн вскочил и преградил нам дорогу.
― Тор! Я же ничего такого. Я только хотел с ней разок через костёр прыгнуть и потанцевать.
Мой названный брат, тихо рыкнул и поволок меня дальше.
― Да стойте вы!
Свейн нас догнал и снова преградил дорогу. Ноздри его носа гневно раздувались, руки сжались в кулаки. М-да. Я испугалась. Может, Свейн и молод, но кулаки у него, … дай бог каждому. Парень смотрел на моего брата зло и решительно.
― Тор, ты же знаешь, она мне очень нравится. Я никогда и ни за что её не обижу.
― Ага, ― фыркнул Тор, ― я так и понял, когда ты ей силком свой язык в рот пытался просунуть.
― Алекс, прости, я не хотел на тебя давить, ― взгляд парня смягчился. Он мне улыбнулся своей самой обаятельной улыбкой и пробормотал заискивающе:
― Просто ты такая, … такая… сладкая, что я совсем голову потерял.
― Голову? Не велика потеря, потому что если ты переживаешь о мозгах, то у тебя они в штанах обретаются, ― глухо рыкнул Тор. ― Последний раз говорю, держи свои грабли подальше от моей сестры, или ты мне больше не друг.
― А если она будет не против? ― прищурился Свейн, щёки его залило гневным румянцем. Он весь подобрался, как хищник перед прыжком.
― Тогда, пожалуйста. Но прежде чем лезть с поцелуями, убедить, что моя сестра согласна, а то я тебе живо всё лишнее оторву. Понял?
― Обещаю! ― поклялся Свейн и довольные друг другом друзья ударили по рукам.
― Чувствую себя куском мяса, из-за которого устроили свару два пса, ― недовольно пробурчала я.
― Что ты, ― осторожно погладил меня по плечу Свейн, но поймав выразительный взгляд Тора, тут же спрятал руки за спину. ― Я бы из-за такой сестры, тоже кому угодно башку оторвал.
― Ну, раз мы договорились, ― хмыкнул Тор, ― пошли, поедим. Я что-то жутко проголодался. Свейн, где там наши места, а то Алекс вздумала усесться рядом с Ингой и Рагнхильд.
— Это ты зря, — усмехнулся Свейн. — Лучше на муравейник голым задом сесть, чем рядом с ними.
— Девушки так похожи на тётку?
— Ещё как, — рассмеялись парни.
Я быстренько и без возражений разместилась между ними, заработав недовольные взгляды среди поклонниц Тора и Свейна.
От обилия блюд, выставленных на столе, рябило в глазах. Здесь были: зажаренные куры, гуси, утки, молочные поросята, оленина и телятина, всевозможные каши с мясом и грибами, рыба тушёная с овощами, а также жаренная, вяленая и просто засоленная, грибы солёные и приготовленные в сметане, огромное количество овощей и фруктов. Ну, и, конечно же, хлеб Йоханнеса в виде больших лепёшек и круглых булок среднего размера. В отдельных мисках стояли соусы.
Кто-то поливал соусом свою еду, кто-то ел вприкуску, черпая из общей миски, кто-то намазывал на хлеб, короче, кому как нравилось. Всё это разнообразие запивали пивом, элем, медовухой, а для детей подали сладкий кисель.
Среди огромного количества мясных блюд, окорок Эльжберты не только не затерялся, но был сметён в одно мгновение. Если бы непроворный Тор, то нам не досталось бы ни кусочка. Через некоторое время я заметила, что мой щербет и пирожные никто не тронул, несмотря на то, что они были очень красиво выложены на блюде и выглядели очень аппетитно. Меня это очень огорчило.
Я сидела, и вяло ковырялась в тарелке. Тор и Свейн с тревогой на меня посматривали. Они наперебой предлагали мне то одно блюдо, то другое, но я отказывалась. От расстройства у меня совершенно расхотелось есть.
― Алекс, ты случайно не заболела? ― озабочено спросил Тор. ― Утром вроде нормальная была, а сейчас сидишь, как будто тебя в сугроб макнули.
— Всё в порядке, — вздохнула я, — похоже, ты был прав, когда говорил, что мой десерт не понравятся.
Тор хлопнул себя по лбу:
― Нашла из-за чего расстраиваться. Да я, … да я, … да мы сейчас со Свейном…
— Тихо вы, — шикнул на нас Свейн. — Алекс, смотри.
Я подняла голову и удивлённо осмотрелась. Поглощённая своими переживаниями, я совершенно не заметила, как над столом повисла тишина. Смолк громкий раскатистый смех мужчин, приумолкнул гомон женщин, заглох щебет молодёжи и звонкий смех малышни.
Все напряжённо смотрели на Вёлунда. Он держал в руке пластинку щербета и рассматривал его со всех сторон. Будто почувствовав мой взгляд, кузнец посмотрел на меня, подмигнул и положил пластинку в рот. Несколько минут жевал, зажмурившись с блаженной улыбкой на губах, а потом протянул руку, ухватил еще несколько пластинок щербета и пару пирожных. Народ, как будто только этого и ждал, стал расхватывать десерт.