Страница 97 из 118
***
Варгр упирается руками в стену – горячая вода смывает вонючий пот. Теперь принимать душ придётся чаще. Запах выдаёт враз! Правда, всё же несколько часов форы - уже много! За это время узнал всё, что запланировал, но, как и думал, ничего хорошего не светит. Если прорываться, то только с боем и кровью - так просто в лабиринт не проникнуть. Интересно, что Катя обнаружила? Нужно поговорить с ней и незамедлительно действовать. Дьявол! Если сейчас пойдёт к ведьме – она обольёт ядом. Хотя, уже не привыкать! Пусть, главное, убедиться, что с ней всё в порядке.
Скрипит дверь - Варгр оборачивается. Улыбку не сдерживает – обнажённая Катя, прикрыв грудь руками, замирает на пороге. Заговорить первым – спугнуть, а этого, ну никак не хочется. На памяти только несколько моментов, когда девчонка проявила желание заняться сексом. Это льстит. Ложь! Это так здорово, что не передать словами и чертовски возбуждающе. Катя первая не выдержала и явилась.
- Она так к тебе пришла? – изумрудные глаза сверкают, во взгляде читается вызов. Ведьма явно говорит о Нойли. Варгр, смакуя радость, медленно осматривает девчонку с ног до головы:
- Кто? – изображает недалёкость.
- Хочешь сказать таких как Нол было много? – в голосе сквозит негодование.
Дразнить Катю далее – нарваться на неприятности. Бъёрн смягчается:
- Что ты?! Только она и… теперь ты. И да! Она посмела заявиться ко мне именно в таком виде.
- Дрянь, – шипит Катя и шагает навстречу.
- Пока всё совпадает, – Варгр смахивает с волос лишнюю влагу, кивает: – Можешь продолжать.
- Ты что, так и стоял, нагло её рассматривая?
- Да, – выдыхает со смешком Бъёрн: - Не отворачиваться же!
Щеки Кати окрашиваются алым, глаза видоизменяются.
- Отвернуться от красивого женского тела для любого мужчины проблематично, - добавляет масла в огонь Варгр, - если, конечно, за спиной не окажется зеркала. И особенно, если она сама себя вот так предлагается.
Катя подходит вплотную, убирает руки с груди.
- Дьявол, киса! – Варгр прокашливается: - Не думаю, что будь на её месте ты, я бы устоял. Нет, однозначно, нет. Точно бы изменил… - Порывается притянуть, но девчонка уворачивается и, толкнув его к стене, влепляет пощечину:
- Кобель!
- Такого не помню, - охает Бъёрн и наигранно морщится, - но я бы точно променял бурную молодость на одну ночь с тобой.
- Целую ночь? – Катя приподнимается на носочках, её ладони скользят по мощной груди. - Вот, хитрый пёс, – опасливо улыбается, горячие губы касаются шеи... ключицы и следуют вниз, обжигая страстью.
- Я такой, но, киса, - Варгр прикрывает глаза, упиваясь жгучими чувствами. - Такого… Нол… не делала…
- Я импровизирую…
***
- Вставай, - грубый голос Варгр раздаётся над ухом. Катя обессилено отмахивается, будто от назойливой мухи и стонет. Состояние - лучше умереть! Оборотень подталкивает, и Выходцева соскальзывает на пол, потащив за собой простынь. Чертыхаясь, вылезает из-под неё ни с первой попытки - зацепившись за край постели, неуверенно встаёт:
- Ты чего?.. – растерянно потирает ушибленный локоть и осекается. Номер как после урагана. Шторы бесформенной грудой обосновываются под окном, на них карниз. Дверь в ванную валяется рядом. Мебель свёрнута – стол на боку, диван перекрывает вход в спальню, которую при въезде в новые апартаменты выбирала для себя, наверху кресло. Бар разбит вдребезги – зеркальные полки, посуда, бутылки… Огромный плоский экран на полу - его прорезает щербатая трещина. Хрустальная бра с оборванными кристаллами покачивается, вися на честном слове – на оголённом проводе, но при этом подмигивает. Туфель воткнут каблуком в стену. Другой зацеплен за резную металлическую спинку неприлично большой постели с морем подушек и мятыми красными шелковыми простынями. Там же сломанные наручники, ажурный лиф и трусики, подаренные Варгром. Куски ткани от алого вечернего платья разбросаны, куда не посмотришь. На паркете длинные царапины от одного края до другого, будто вспахивали землю. Их окропляют подсохшие коньячные кляксы, обрамленные сполохом брызг и усеянные россыпью стекла. А что ещё украшает номер, так это – деньги. Баксы валяются везде.
Вчера после душа, обсудив с оборотнем выведанное, руки опустились: в лабиринт не попасть - все пути отрезаны. И как только появилась молодая чета Марешей, Варгр уговорил на немыслимое, точнее, нажал на больное – последние дни, а, может, минуты жизни. Единственное решение, к которому пришли – нужно оторваться по полной. Завтра может не наступить! В общем, погулять напоследок, да так, чтобы проснувшись, стало стыдно за развратно и кутёжно прожитые, возможно, последние секунды. Как согласилась, сама удивлялась, но сделанного не вернёшь. Странно, что ещё их не схватили, ведь засветились везде.