Страница 20 из 87
Я покосился на нее с сомнением. Сказанное прозвучало излишне уверенно, даже несколько нарочито и вызывало ощущение, что странная девушка неприкрыто надо мной издевается. Однако в огненных глазах, глядящих на меня в упор, было столько внутренней силы и уверенности, что спорить с ней я не стал, позволив себе на миг заразиться ее энергией и улыбнуться в ответ на требовательный взгляд. Девушка кивнула, оценив мои старания и подняла глаза, всматриваясь во что-то над моей головой. Удивленно вскинула брови и настороженно поинтересовалась:
— Ну что, Боц? Видок у тебя, как у протухшего тунца во вчерашнем супе!
Я обернулся, почти теряя равновесие и тоже уставился на боцмана, остановившегося в двух шагах за моей спиной. Мужчина был явно чем-то раздражен, светлые глаза потемнели, приобретая оттенок грозовой тучи, и без того узкие губы сжаты в тонкую нить, на скуле красовался внушительный кровоподтек. Он резко мотнул головой, откидывая за спину непокорные косицы и, не дожидаясь дальнейших вопросов, сперва звучно гаркнул на пробегающего мимо со шваброй и двумя пустыми ведрами матроса, отчего тот вздрогнул всем телом и едва не вывалился за борт, а затем обратился к нам:
— В данный момент старший состав команды достаточно серьезно занят. Капитан сам найдет тебя, ассистент Макс, когда закончит дела. Или попросит штурмана проводить тебя. Постарайся не бродить по кораблю в одиночку! — он кивнул Элоиз и, круто повернувшись, почти побежал в обратном направлении.
Старпом задумчиво проводила глазами удаляющуюся, всю в белых, застарелых шрамах, спину и нахмурилась:
— Кажется наш Боцман получил по полной. Из этого я могу сделать вывод, что тебе лучше вернуться в каюту, парень! Похоже, капитан не в духе, — она виновато развела руками и кивнула мне, — Пойдем, провожу, чтобы наверняка. Народ у нас тут, сам понимаешь, далеко не мирный, а ты не сильно похож на героя…
Слышать подобное было неприятно, но я не мог не согласиться с девушкой — героем я никогда не был, предпочитая интеллект физической силе. Книги, знания и правда влекли меня все больше с каждым прожитым годом и, не появись на моем пути Рокассиодрия с ее удивительным капитаном, превратился бы Макс в книжного червя уже через два-три года, не дожидаясь старости. Последние дни многое изменили и теперь, невзирая на природную осторожность и накопленные знания, что-то незнакомое зажглось внутри. Вспыхивает чудо миллионами волшебных искр и задыхается, стоит коснуться кончиками пальцев теплого дерева, пропитанного солью десятков морей, вскинуть голову к пронзительно-синему небу с его облаками и ветрами и услышать шум волн, омывающих гладкие борта этого невероятного судна. И, как бы отчаянно я не боролся с этим ощущением, оно раз за разом оказывается сильнее.
Вот и сейчас, чувствуя, как солнечными лучами разливается в груди неведомое тепло и нетерпеливо подрагивают кончики пальцев, я, однако, покорно пошел за Элоиз, стараясь не отставать и комично копируя ее танцующий, легкий шаг. Нам вслед оборачивались матросы, посмеивались, удивленно или ехидно поднимали брови, но вот что удивляло — в мою сторону не прозвучало ни одного комментария. Любой энтузиазм, сталкиваясь с холодным драконьим взглядом старпома, увядал на корню.
Девушка довела меня до самых дверей каюты Фаанмико и пояснила, виновато пожимая плечами:
— Прости, не знаю, куда еще тебя вести — ночевал ты здесь, а других распоряжений насчет тебя не поступало. Пока подожди тут, кэп сам решит, что с тобой делать. Не выходи никуда один, ладно? Не хотелось бы потом наказывать кого-то из команды за то, в чем они будут практически не виноваты! Да и не нравится мне то, что происходит сегодня. Будь осторожен! — быстро и взволнованно сказала она, вопросительно поднимая брови в ответ на горящий взгляд спустившегося по снастям, как паук по паутинной нити, матроса. Парень замялся и, помедлив, полез обратно.
Я кивнул, осторожно открывая дверь в каюту. Элоиз улыбнулась, дружески подмигнула мне и, круто повернувшись, отправилась куда-то к носу корабля. Впереди послышался шум и ругань, а затем, направленное изящной рукой с тонкой вязью рунической татуировки, вылетело за борт тело, вопя и ругаясь, на чем свет стоит. Дружно расхохотались матросы, свисая с рей, как гроздья бананов и с удовольствием комментируя происходящее. То тут, то там слышалось:
— Морской Черт лютует сегодня, мужики! Надо ее обратно в «гнездо» заманить, пока всех не перебила!
— Или самим отсюда не слезать, — с хохотом отозвался голос почти над моей головой, — Она толпу не любит, авось не полезет к нам!
Я вздохнул и вошел в каюту, плотно прикрыв дверь, тут же вспыхнувшую руническим рисунком. Ловушка захлопнулась.
Что же тебе от меня нужно, капитан Фаанмико. Зачем я тебе?