Страница 114 из 191
Мгновенно оценив обстановку, Волгин потушил керосиновую лампу и поспешил к выходу из помещения. Он так и не решился выстрелить, опасаясь выдать себя. У него был, пускай даже призрачный, но всё же шанс уйти незамеченным, воспользовавшись кромешной тьмой, царившей в галерее. На фоне светлеющего выхода из галереи поручик разглядел два силуэта. Вжавшись в стену, Волгин затаил дыхание.
- Вы бы это, пистоль, что ли достали, ваше благородие? – обратилась одна тень к другой.
- Трусишь? – в голосе говорившего явственно слышалась усмешка.
- Да так как-то надёжней будет, - чиркнув спичкой, матрос осветил галерею.
Волгин метнулся к выходу на бегу целясь в того, кто зажёг спичку. Грохнул выстрел. Послышалось сдавленное восклицание, но поручик, достигнув выхода из галереи, уже не оборачивался. Позади раздался ответный выстрел. В спину что-то ударило, будто кто-то со всей силы бросил камень, Волгин споткнулся и упал на колени. Поручик попытался подняться, но ноги не слушались. «Видимо, в позвоночник попали…» - была последняя мысль в гаснущем сознании.
Младший инженер-механик Воронин вернулся к входу в казематы.
- Мышкин, ты жив? – Засовывая трясущейся рукой наган обратно в кобуру, осведомился Алексей Архипович.
- Жив, - простонал матрос. – Зацепило слегка. И кто это был, а, ваше благородие?
- Позже выясним, тебе в госпиталь надобно, - помогая матросу подняться, отозвался Алексей.
- Слышите, - застыл Мышкин, - на помощь кто-то зовёт.
Прислушавшись, Воронин и сам услышал чей-то призыв о помощи. Опасаясь ловушки, Алексей Архипович вновь достал наган и углубился в галерею. По мере продвижения, голос становился всё более отчётливым.
- Кто здесь? – тихо поинтересовался Воронин, остановившись у тяжёлой обитой жестью двери.
- Кто бы вы ни были, помогите ради Христа, - глухо прозвучало из-за двери.
Решившись, Алексей распахнул дверь. Зоркий взгляд Воронина выхватил из темноты фигуру человека, лежащего у стены, освещал которую свет луны, падавший из зарешётчатого окошка. Воронин нащупал в кармане кителя спички. Ему было довольно одного взгляда, чтобы, несмотря на побои, что довольно сильно изуродовали лицо, признать в человеке Белозерского.
- Сергей Кириллович? – изумлённо протянул Алексей.
- Мы знакомы? - попытался сесть Белозерский, но тотчас застонал и вновь завалился на бок.
Воронин разглядел керосиновую лампу и зажёг фитиль. Опустившись на колени, он принялся распутывать ремень, стягивающий запястья Сержа.
- Ваше лицо мне знакомо, - прохрипел Белозерский.
- Я из Пятигорска родом, - уклончиво ответил Воронин, помогая Сержу подняться на ноги. Белозерский громко охнул и выругался, от боли, прострелившей грудную клетку. – Вы ранены? – обеспокоенно поинтересовался Воронин.
- Кажется рёбра сломаны, - прошипел в ответ Серж, хватаясь за плечо Алексея.
- Идти сможете?
- Смогу, - стиснул зубы Сергей Кириллович.
Выбравшись из тесного помещения, Воронин осторожно повёл к выходу спасённого.
- Кто вас так? – тихо поинтересовался он.
- Кабы знать, - усмехнулся Сергей уголком разбитых губ.
- Мышкин, ты где? – позвал в темноту Алексей.
- Здесь я, ваше благородие.
- Идти можешь?
- Могу. В руку попал окаянный. А с трупом чего делать-то?
Алексей задумался. Мгновения, когда горевшая спичка осветила его противника, ему было довольно, чтобы понять, что перед ним офицер. Как бы то ни было, неприятности ему в любом случае обеспечены.
- Доберёмся до берега, в штаб доложу, - буркнул Воронин, помогая Белозерскому ступить в лодку.
- А может камешек потяжелее, да на дно, а Алексей Архипович? – предложил Мышкин.
- Я возражать не стану, - ухмыльнулся Белозерский, к которому постепенно возвращалось присутствие духа, а вместе с ним и сарказм.
Воронин промолчал. Не то, чтобы испугался отвечать за содеянное, но кошки на душе скребли. Как никак живого человека убил, пускай и стрелял наугад, а вон оно как вышло, попал. Доставив в госпиталь Белозерского и пострадавшего Мышкина, Алексей Архипович направился в офицерскую казарму, что располагалась вдоль обводного канала.
Ночью Воронину не спалось. Мысленно он вновь и вновь возвращался к событиям на меньшиковской батарее. Разумеется, ему грозили неприятности, но переживал Алексей Архипович вовсе не за себя.
Так уж сложилось, что окончивший с отличием Морское инженерное училище младший инженер-механик среди офицерского состава крейсера «Рюрик», куда был направлен по окончанию учёбы, пришёлся не ко двору. И французским Алексей владел в совершенстве, и дело своё знал прекрасно, но чувствовали, видимо, господа офицеры, что новый механик им не ровня, оттого в свой круг не принимали, сторонились. Впрочем, Алексей и не пытался стать своим среди чужих. Зато матросы отнеслись к новичку вполне дружелюбно, те, кто постарше, старались окружить отеческой заботой, помочь, наставить.