Страница 101 из 191
- Ну, знаете ли! – Она поднялась со стула, намереваясь уйти.
Разумеется, не для кого из окружения Запольского не было секретом, что Алёна – его содержанка, но она даже представить себе не могла, что окажется столь беззащитной от домогательств в его отсутствие.
Руцкой схватил её за руку и силой усадил на место.
- Довольно комедию разыгрывать, madame. Князь вас бросил, и я готов взять вас под своё крыло.
- Я в вашем обществе не нуждаюсь, - процедила девушка, многозначительно глянув на руку штабс-капитана, сжимающую её запястье.
- Не глупите. Вряд ли иные предложения будут столь же хороши, - усмехнулся Руцкой. – Вы – красивая женщина, Элен. Видите, я даже знаю ваше имя. Я давно наблюдал за вами. Вы очаровательны, но всё же не столь красивы, как княгиня Запольская. Неудивительно, что князь предпочёл вернуться в лоно семьи.
Последние слова штабс-капитана стали той самой последней каплей, переполнившей чашу терпения. Пускай Полин умерла, но всё же слышать о том, что сама Алёне ей не соперница, было больно, очень больно. Не думая о последствиях, Алёна схватила со стола фужер с недопитым вином и выплеснула его в самодовольное лицо Руцкого. Не ожидавший ничего подобного штабс-капитан выпустил её руку, воспользовавшись полученной свободой, Алёна схватила за ручку громоздкий саквояж и устремилась к выходу из ресторации. Она надеялась, что незадачливый горе-поклонник не последует за ней, но всё же шла так быстро, как только позволяла её ноша. Остановившись у стойки портье, Алёна перевела сбившееся дыхание.
- Я надеюсь, у вас есть, что мне предложить, - вполголоса обратилась она к служащему.
- Ступайте за мной, сударыня, - отозвался портье и, сняв с крючка ключ, проследовал к лифту.
До сего дня Алёне ни разу не доводилось пользоваться таким новшеством, как лифт, потому, как только кабина дрогнула и пришла в движение, она чуть слышно ахнула и невольно вцепилась в поручни. Лифт остановился на последнем, шестом этаже. Подхватив саквояж постоялицы, портье выглянул в длинный полутёмный коридор и быстрым шагом вышел из кабины. Алёна торопливо семенила следом за ним. Остановившись в конце коридора, служащий гостиницы вставил ключ в замок и повернул его.
- Номер собирались ремонтировать, но мебель вынести ещё не успели. До утра можете остаться здесь - тоном, в котором слышались извиняющиеся нотки, пробормотал он.
- Благодарю. – Алёна забрала ключ и шагнула в помещение.
Оставшись в одиночестве, она тяжело опустилась в кресло. После того, что ей довелось пережить в ресторации, дрожали колени. Обернувшись, через плечо она успела увидеть злобный взгляд Руцкого, коим он окинул её напоследок. Надо полагать, что штабс-капитан не простит ей подобного унижения на глазах у его сослуживцев, чей смех она слышала от соседнего столика.
Алексей Николаевич извлёк из кармана платок, вытер мокрое лицо, окинул хмурым взглядом пятна, оставшиеся на мундире, и вернулся к столу.
- Умыла тебя профурсетка, Алекс, - хлопнул его по плечу поручик Черкасов.
- Долг платежом красен, - огрызнулся Руцкой, наливая в рюмку водку.
Вволю позубоскалив над неудачным знакомством, господа офицеры разошлись далеко за полночь. Простившись с товарищами, Руцкой прошёл в свой номер на третьем этаже гостиницы. Его взгляд остановился на планшетке, в которой лежали старые депеши о передислокации войск Западного фронта. В голове, затуманенной винными парами, тотчас созрел коварный план. За небольшую мзду коридорный сообщил ему, куда поселили дамочку, окатившую вином господина офицера. Поднявшись на шестой этаж, штабс-капитан остановился у номера, на который ему указали. Подёргав ручку и убедившись, что дверь заперта изнутри на задвижку, Руцкой извлёк из ножен, висевших на ремне, тонкий кортик и просунул его в щель между дверью и косяком. Попытка отодвинуть задвижку, пускай и не с первого раза, в конце концов, увенчалась успехом, и Алексей Николаевич шагнул в помещение. Комната освещалась неярким светом настольной лампы, но его было вполне довольно, чтобы осмотреться. Из-под двери, ведущей в уборную, пробивалась тонкая полоска света, слышался плеск воды. Штабс-капитан торопливо извлёк из кармана смятые депеши и шагнул к раскрытому саквояжу, стоявшему у комода. В это самое мгновение, дверь в уборную распахнулась и Алёна, увидев в комнате, мужчину громко закричала.
Руцкой тотчас бросился к ней, зажал ладонью открытый рот и опрокинул девушку на пол. Завязалась драка. Будучи много слабее своего противника, Алёна царапалась, как кошка, стараясь дотянуться до лица штабс-капитана. Пытаясь сбросить с себя тяжёлое тело, она нащупала кобуру. Пожалуй, впоследствии она и сама бы не смогла объяснить, каким образом ей удалось извлечь револьвер из кобуры, но когда дуло пистолета упёрлось в бок Руцкого, он отпустил горло девушки из стального захвата.
- Не делайте глупостей, madame, - свистящим шёпотом произнёс штабс-капитан. – Верните мне оружие.
- Только тогда, когда вы будете за порогом, - покачала головой Алёна и взвела курок, целясь в грудь Руцкого.
- Хорошо я уйду, - штабс-капитан поднял руки, медленно отступая к выходу.
В дверь громко постучали.