Страница 28 из 59
Облетев вершину вулкана, Рюрик заметил лаву, клокочущую в провале кальдеры. Языки пламени лизали стены, словно грозились живьем поглотить Бенедикта.
— Эта сучка врет! Я пальцем ее не тронул! Я не угрожал…
— Если ты сдохнешь здесь, то не проснешься. — Рюрик оскалил зубы, кружа вокруг вулкана. — Хоть раз посмотри в ее сторону, и я тебя заживо поджарю, — гаркнул он и отпустил жертву. — Я знаю, кто тут врет.
* * *
Бенедикт выставил перед собой руки, защищаясь от летящей навстречу лавы, и понял: что-то не так, что-то… Он проснулся и упал прямо в свою постель, весь в липком поту. Вокруг была знакомая комната. Огонь в камине угас, но света было достаточно, чтобы осмотреться, и Бенедикт с облегчением схватился за простыни.
Почудилось. Просто кошмар. Его легкие втягивали воздух, сердце страшно колотилось. Бенедикт застонал и уронил голову на руки. Подштанники насквозь промокли от мочи. Он вспомнил стремительно приближающуюся кальдеру, вскрикнул, и из носа выскочила сопля. Черт побери, ведь он мужчина, а не ребенок. Бенедикт яростно утер слезы и глубоко вдохнул, чтобы остановить плач.
— Просто сон, — хрипло сказал он себе, чтобы ощутить реальность.
Затем повернулся поправить простынь, и лодыжку пронзило болью. Бенедикт отдернул покрывало, чтобы понять, в чем дело…
На коже темнели следы когтей дракона.
— Не сон, — прошептало что-то в его голове.
Бенедикт подскочил и больно приложился спиной об изголовье кровати, не отрывая глаз от покрасневшей кожи.
— Боже правый, — еле выдавил он, сердце колотилось, как у кролика.
От осознания дикости происходящего желудок свело, и Бенедикт кинулся к ночному горшку. По-настоящему. Все по-настоящему! Бенедикта стошнило в горшок, моча брызнула ему в лицо. Желудок скрутило еще сильнее, но следующая волна страха исторгла из него все без остатка.
Сорвав ночную рубашку, Бенедикт вытер лицо и скорчился у стены, дрожа.
Эта сука, должно быть, натравила на него дракона.
Ответить на это оскорбление можно было по-разному. Бенедикт поднялся на ноги и потянулся за вещами. Он уже наполовину оделся, когда сон вернулся.
— Хоть раз посмотри в ее сторону, и я тебя заживо поджарю, — прошипел дракон.
Бенедикт сглотнул и медленно натянул штаны. Он не собирался ничего предпринимать. Не сам. За это он платил другим.
Бенедикт долго мусолил эту мысль, крутил ее со всех сторон, отыскивая возможный изъян.
Комар носа не подточит.
Бенедикт не мог смириться с подобной угрозой.
А еще у него был козырь в рукаве: охотник на драконов.
На тварь надо было найти управу. И Бенедикт в точности знал, как этого добиться.
* * *
В сельской пивной потрескивал огонь. Хокон баюкал свой рог эля. Заканчивался еще один длинный и, судя по всему, бессмысленный день. Разочарование зудело, но Хокон знал: надо быть терпеливым. Сегодня они исследовали Краблу, не обнаружили следов дреки, но определили, куда лучше всего установить баллисту.
Хокон покрутил серебряный медальон, подаренный женой, и потер узор. Летящий ястреб заблестел, крылья вспыхнули. Глаза, казалось, смотрели прямо сквозь него.
— Ястреб для охотника, — поддразнила Арья в их свадебную ночь, застегивая цепочку на шее мужа.
Воспоминания стали истираться, и это бесило. Хокон знал лицо Арьи, но когда вызывал в памяти ее образ, то не мог представить все детали, словно забывал их по частям. Лицо любимой обрамляли волосы цвета чистого золота, а янтарные глаза сверкали.
Шесть лет отчаяния. Шесть лет с того дня, как дреки украл ее.
Хокон сжал медальон в кулаке. Ночь-другую он мог подождать, пока терпение не принесет долгожданные плоды.
— На что уставился? — ухмыльнулся Ролло, его громкий голос прорезал гул, царивший в пивной. — Думаешь, я не попорчу твое смазливое личико?
Гигант поднялся, сжал кулаки и направился к самому юному в их компании. Прежде, чем Хокон успел отреагировать, вмешался кое-кто другой.
Один из его новобранцев, Магнус, перехватил Ролло и оттолкнул к стене, словно тот и не был весом с доброго медведя, а сам оскалил зубы. Ролло переключился с младшего на новичка.
— Убрал руки от моего брата! — предупредил Магнус. От его голоса по спине Хокона пробежал холодок.
Драконоборец вскочил, чуя опасность. Его люди соскучились по убийству, а тщательное планирование и долгие дни безуспешной охоты всех утомили. Если не остановить стычку, прольется кровь.
— Хватит.
Магнус и Ролло одновременно взглянули на него, но выражение лица Магнуса не изменилось. Он и его брат Андри присоединились к отряду Хокона в Акурейри, соблазненные звоном монет. Хоть людей у Хокона было достаточно, он оценил жесткие лица и широкие плечи новичков. Воинов он узнавал с первого взгляда.
Такие ему и требовались в этой миссии.
— Сосредоточьтесь на дреки, — сказал Хокон толпе настороженных мужчин. — Скоро получите свою кровь.
— Когда? — рявкнул Гуннар.
— Айе, — прорычал Йон. — Когда мы пойдем в драконье логово?
Остальные мужчины согласно заворчали, стуча кулаками по столу и хлопая кружками по стойке. Хокон поднял руки, цепочка с подвеской свисала с двух пальцев.
— Завтра!
Раздался одобрительный гул.
Но Хокон ощутил сверлящий взгляд и заметил, как Андри не отрывается от медальона в его руке.
Парень медленно повернулся и взглянул на Хокона в упор. Прядь черных волос упала на лоб юнца, подчеркивая синеву опасных глаз.
Совсем молодой, едва вышел из подросткового возраста. Но когда их взгляды встретились, Хокон ощутил внутреннюю дрожь.
Даже мальчишка мог представлять угрозу, и Хокон еле удержался от вопроса, почему он так смотрит, словно вид медальона всколыхнул в его груди пламя.
Дурацкая мысль, какое отношение этот пацан может иметь к Арье. Да он пешком под стол ходил, когда она впервые ворвалась в жизнь Хокона и перевернула его мир вверх дном.
— Завтра, — эхом отозвался Магнус, медленно опускаясь на скамью рядом с братом. Его ястребиные черты лица заострились от вырвавшейся наружу кровожадности. Он терпеть не мог драконов, дреки и прочее отродье.
— Я хочу насадить голову этого дреки на кол, — сказал Магнус в их первую встречу. Андри плотно сжал губы и отвел взгляд от медальона, выйдя из ступора.