Страница 63 из 117
- Что именно?
- Все. Ухаживаете за мной как за ребенком, выполняете чужую работу. Это лишнее, Вам вовсе нет необходимости делать это.
Девушка замерла, но потом осторожно высвободила руку и продолжила втирать масло, обдумывая, что ответить ему. Она никогда не задавалась этим вопросом. А ведь действительно, зачем? Зачем выхаживает его, сил не жалея? Зачем тешит себя ложной надеждой, уже заранее зная, что кроме презрения его ничего не получит? Зачем влюбляется с каждым часом в своего мужа, зная, что настанет час расставанья? Она не знала, зачем.
- Наверно, потому что я люблю Вас. Потому что сейчас Вы пока еще нуждаетесь в посторонней помощи. Потому что Вы встанете на ноги и опять бросите меня. Вы с головой уйдете в свои бесконечные дела, а я стану не нужна.
- Эмелин…
- Не говорите ничего. Просто не гоните меня, хотя бы сейчас, позвольте побыть рядом – мне больше ничего от Вас не нужно. Вы не думайте, я не пытаюсь выпросить любовь, я знаю, ничего не изменилось – я для Вас все такая же чужая, нелюбимая женщина, как и раньше. Я не виню Вас в этом, сердцу не прикажешь, но позвольте мне хотя бы сейчас послужить Вам, побыть рядом. Мне очень это нужно, Ренард… Не гоните меня, прошу Вас.
Ренард резко развернулся к ней лицом и, обхватив за талию, привлек к себе почти вплотную.
- Да кто же Вас гонит? И почему чужая? Вы уже давно мне совсем не чужая, более того…
- Вы не любите меня, Ренард. Я по-прежнему чужая Вам, - перебила Эмелин, с тоской глядя в его карие глаза. – Настолько чужая, что Вас удивляет мое желание помочь Вам.
- Но я скучал без Вас – это уже что-то да значит.
Эмелин покачала головой и печально улыбнулась.
- Нет. Не обманывайте меня, Ваше Величество…
- Эмелин…
- Вы скучали не по мне, Ренард. Когда Вы были в забытьи, Вы твердили только одно имя, и, увы, не мое, - вздохнула девушка. - Вы звали Терезу.
А вот теперь забилось его сердце от одного упоминания, от одного только имени потерянной, почти забытой его девочки… И Эмелин заметила это, усмехнулась, потрепала смоляную его гриву, пряча дрожание собственных рук; отвернулась, пытаясь загнать обратно подступившие слезы.
- Эмелин, простите меня.
- Давно простила.
- Девочка моя, послушайте меня, Вам не о чем беспокоиться, уверяю Вас. Я давно потерял Терезу, она Вам не соперница.
- Себе-то не врите.
- У меня есть только вы: моя жена и мой сын. Вы – моя семья. И я клянусь Вам, я полюблю Вас, мою законную жену, и буду любить до последнего дня своей жизни! У нас все получится, Эмелин. Только не торопите меня, дайте мне время…
"Вы меня возненавидите, Ренард!» - мысленно ответила она мужу, а слезы-предатели не удержались и покатились по бледным щекам. Эмелин резко наклонилась к лицу мужа и прильнула к его губам – ему не нужно видеть, как плачет нелюбимая женщина.
У него и в мыслях не было оттолкнуть ее, а она совсем не ожидала, что ответит он с такой жадностью. Если бы она не знала о существовании другой его женщины, могла бы подумать, что он действительно любит ее. Ненасытным зверем тянулся он к жене, искренне, от всего сердца желая полюбить эту девочку, стойкости и силе духа которой мог бы позавидовать любой. «У нас все получится!» - твердил он себе, скользя ладонью по шелковой ткани, пытаясь стянуть. Словно бы специально для этой минуты на ее платье нет всех этих чудовищных шнуровок, застежек, корсетов, будто бы готовилась, ждала заветный миг, когда он возжелает свою супругу. А всего-то-навсего, посвятив все силы и время уходу за мужем, Эмелин теперь отдавала предпочтение куда более простому и удобному домашнему платью, оставив пышные наряды только для срочных аудиенций, коих, к счастью, за эти дни так и не случилось – все уже знали о возвращении короля и его состоянии, а потому решали накопившиеся вопросы сами, по мере своих сил, давая возможность своей королеве спокойно заниматься мужем. Как назло, еще не совсем зажившая рана от резкого движения заныла, сковала движения.
- Снимите, - попросил он, на секунду оторвавшись от податливых ее губ.
- Неужели Вы возжелали свою бедную жену?
- Возжелал. Не побрезгуешь?
- Глупец…
Дважды просить ее не пришлось. Эмелин привстала, послушно сняла платье, чуть смутившись своей наготы и немного располневших после родов форм. Опустилась рядом с мужем и успокоилась лишь тогда, когда его горячая ладонь ласково коснулась ее плеча. Впрочем, спокойствие было недолгим. Ренард не торопился – не без интереса разглядывал жену, все пытаясь поймать ее смущенный взгляд.
- Он похож на меня? – невзначай тихо спросил он.
Эмелин аж передернуло – она ждала этих вопросов, но никак не ожидала, что говорить о сыне ему захочется именно сейчас!
- Эмелин, что с Вами? – испугался Ренард ее внезапной бледности. – Вам плохо?
Эмелин только головой покачала:
- Душно здесь, - слабая улыбка коснулась ее губ, пытаясь спрятать ложь. – Сейчас пройдет.
- Эмелин, так нельзя. Вы слишком заботитесь обо мне, совсем позабыв о себе. Я настаиваю, чтобы Вы отдыхали, тем более что я уже прекрасно могу обходиться сам.
Девушка ничего не ответила, накрыла его ладонь своей и крепко сжала, боясь опять расплакаться – уж скоро она отдохнет от него! Еще как отдохнет! Когда вместе с сыном он выставит ее за дверь без права оправдаться…
- Он похож на меня, - обреченно проговорила девушка, не в силах больше терпеть эту муку – уж лучше пусть прямо сейчас утопит ее здесь, чем терзать себя ложной надеждой, что как-нибудь все исправится, наладится и склеится в их жизни.