Грех

Она не заметила, как Лафар оказался рядом, легонько приобнял ее за плечи, веля успокоиться и взять себя в руки.

- Все самое страшное уже миновало, он не умрет, не бойтесь. Его ранили, но рана не страшная, органы не задеты. Пойдемте, моя девочка, лекарь уже пришел – ему-то Вы доверите драгоценное тело своего мужа? – улыбнулся мужчина, склоняясь над Ренардом. – Говорите, где его спальня?

- Отнесите его ко мне.

- Эмелин, это лишнее…

- Лафар! – прикрикнула девушка, вытирая слезы.

- Ну хорошо-хорошо, как скажете. Ведите.

- Ваше Величество, - вдруг окликнула ее служанка, догоняя. – Не серчайте, что лезу не в свое дело, но Вашему мужу может не понравиться, что Вы видите его в таком состоянии. Да и Вам не положено делать грязную работу. Простите, но мне кажется, Вы не совсем представляете, что такое ухаживать за лежачим человеком. Естественные потребности не будут ждать, пока он придет в себя и сможет сам о себе позаботиться. Поверьте, Вам лучше не видеть того, что с ним будет происходить, это не самое приятное зрелище.

- Герда, он мне не чужой человек, это мой муж. А я его жена. И я не хочу, чтобы кто-то посторонний заботился о нем даже из самых лучших побуждений. Я догадываюсь, что меня ждет – не бойся, я не настолько брезглива, чтобы из-за этого отвернуться от собственного мужа. Так что принеси в мою спальню воду и пеленки. А если хочешь помочь, присмотри за Филиппом – вот за это я буду тебе очень благодарна.

Девушка нехотя согласилась, покорно склонилась перед своей госпожой – права спорить и настаивать у нее, к сожалению, нет.

- И еще… Герда, я знаю, это не входит в твои обязанности, но мне некого сейчас об этом просить – приготовь, пожалуйста, комнату для господина де Лафара и накорми его, в общем, позаботься о нем, хорошо? О своем обещании я помню, я отпущу тебя к родителям, только чуть попозже. Сейчас, пока Ренард без сознания, я не отойду от него ни на шаг, и мне понадобится твоя помощь – ты же знаешь, так, как тебе, я не доверяю здесь никому.

- Вам не о чем беспокоиться, Ваше Величество. Я сделаю все, как Вы скажете. А господина де Лафара и накормлю, и помою, и спать уложу, - улыбнулась девушка.

- Спасибо тебе.

Час за часом, день за днем… Ренард не приходил в себя, несмотря на заверения лекаря, что рана совсем не страшна и вот-вот он очнется. Эмелин не отходила от мужа ни на шаг. Сама убирала за ним, сама по несколько раз в день смазывала раны приготовленной по рецепту лекаря целебной мазью. Вот только казалось, что ему становилось все хуже – вчера его стало лихорадить, а сегодня она впервые за долгое время разлуки услышала его голос. Вот только от услышанного совсем опустились руки… Как же она ненавидела его в эту минуту!

- Тереза… Тереза…

Он метался в бреду и звал совсем не ее, свою законную супругу, и день, и ночь, не смыкая глаз, сидящую возле него.

- Малышка моя! – молили пересохшие губы.

Эмелин отскочила от кровати к окну и задрожала от ярости. Слезы обиды побежали по щекам; хотелось заткнуть уши, чтобы только не слышать это имя, безотчетно, безжалостно и так ласково, так трепетно слетающее с губ муженька! Ее трясло вместе с ним, но подходить к нему она уже совсем не желала – стояла возле окна и плакала, пока приступ его не закончился и он опять не впал в беспробудный сон.

Сквозь наступившую тишину прорвался плач ребенка, будто предрекая, что плакать несчастной женщине всю ее оставшуюся жизнь. «Да за что мне все это?!» - взмолилась девушка, разревевшись пуще прежнего. Если даже сейчас все так плохо, что же будет потом? Когда он придет в себя и потребует показать ему сына? Какой прекрасный повод выставить жену за дверь и, ни от кого больше не скрываясь, развлекаться со своей крестьянкой! «Не будет этого!» - она обернулась, со злостью посмотрела на мужа, словно бы тот уже сейчас на ее глазах обнимал счастливую соперницу. – «Я не отдам тебя, Ренард!» - в сердцах выкрикнула девушка и в ту же минуту выскочила из комнаты.

Детская комната располагалась в самом сердце Дворца, почти на одинаковом расстоянии от спальни Ренарда и от спальни Эмелин. Когда Эмелин влетела в комнату к сыну, Герда держала заснувшего ребенка на руках и тихонько напевала колыбельную.

- Тише, Ваше Величество, еле заснул! – обернулась девушка, но тут же побледнела при виде заплаканной королевы. – Что случилось? Что-то с Вашим мужем?!

- Не волнуйся так, все прекрасно с ним, - огрызнулась Эмелин. –Герда, собирай Филиппа, вы уезжаете.

- Куда?!

- Я же обещала отпустить тебя к родителям. Вот и поезжай, и увези с собой Филиппа. Герда, я умоляю тебя, увези его, - Эмелин сорвалась на шепот, слезы с новой силой хлынули из глаз.

- Ваше Величество, он что… умер?

- Да жив он! Гораздо живее меня, – крикнула Эмелин, разбудив ребенка, и тут же притихла. – Ренарду нужен покой, чтобы прийти в себя, а не постоянный детский крик.

- Давайте я заберу Филиппа в свою комнату, никто его там не услышит. Что Вы скажете Его Величеству, когда он очнется и захочет увидеть сына?