Страница 31 из 133
Однако верный паладин встал поперек планов своей богини. Трех парней он откровенно запугал, одного свел с жадной до мальчиков особой, а пятого напоил вусмерть прямо перед свиданьем.
В результате, никчемность кавалеров была осознана, но и на Валерку я обиделась. Правда ненадолго, поскольку и сама осознавала ущербность своей затеи. Вот только факт, что такая идея не просто залетела в голову, но и почти успешно пустила корни, заставил как-то тщательнее взглянуть на себя и окружающих.
Оказывается, я изменилась. Мы изменились. Кружа по спирали учебного процесса, мы незаметно для себя взрослели, постепенно истончая и теряя что-то волшебно детское. Мы откидывали эту часть себя как ненужную, омертвевшую шелуху, даже не задумываясь, чего именно лишаемся. И вот приближаясь к концу второго курса, оглядываешься и видишь, что та девчонка, которой ты была, осталась в прошлом. Она мечтала попасть в будущее, но умерла под давлением сегодняшних забот. Потускнела и растворилась в свете «взрослого» понимания жизни. Только бабушка с дедом видят еще ту девочку во мне, не зная, что я ее уже убила, забрав себе как трофей ее прошлое.
Впрочем, Валерка, зазвавший как-то меня перед работой в «Кафешку», отреагировал на рассуждения довольно странно.
- Забываешь богиня, что глобальное большинство людей не могут похвастать такой же восприимчивостью, как ты, - сказал он, отодвигая в сторону чашку недопитого латте, - Мы живем, не задумываясь об этих вещах, поэтому для нас взросление подобно переходу на новую, более удобную одежду.
- Ты так говоришь, будто я не такая как все.
- Да, другая, - в его голосе не чувствовалась даже намека на шутливость, - я давно знаю, что ты особенная.
- Не смешно.
- А я и не смеюсь. Ты возьми хотя бы сегодняшний разговор. Кто еще отнесется к взрослению как к убийству? Наше детство просто изживает себя. Нам трудно двигаться дальше, опираясь на детское восприятие мира. А топтаться на месте не хочется...
- Но я не об этом говорю.
- ... А о том, что мы теряем что-то ценное при взрослении, - дождавшись моего кивка, он продолжил, - ты вот лучше своего шоколаду пригубь, и меня послушай. Так вот большинство относится к детскому восприятию мира как к костылям: нужны на определенном этапе, но надо побыстрее избавляться от их использования. Насколько я понимаю, есть индивидуумы, для которых детство... ну не знаю... Может как учебное оружие. Мол, выросли, перешли на настоящее, однако и для учебного в жизни осталось место. Ты же более особенная...
- Звучит как более дурная, - буркнула я и тут же, под осуждающим взглядом, демонстративно сделала глоток из своей чашки.
- Нет, именно особенная... только описать эту особенность сложно, поскольку она лежит в области чувств.
- А причем здесь моя чуйка? - искренне удивилась я.
- Да не твоих чувств, а моих! - не менее искренне возмутился моей непонятливости Валерка, - я чувствую, что ты, видя изменения в окружающих, находишь для себя что-то ценное.
- Звучит бредово. Ты чувствуешь, что я нахожу, но при этом я сама ни сном, ни духом. Валер, ты хоть сам понимаешь, как оно звучит?
- Как звучит, так и звучит, - в его голосе послышалась обида, - это вопрос веры.
Я обреченно вздохнула, ставя чашку на стол:
- Слушай, ну неужели ты по-прежнему серьезно веришь в мою божественность?
- Я не верю в твою божественность, - ответил он твердо, глядя прямо в глаза, - Я просто знаю, что ты богиня. Только не такая, как в древних мифах или современном фэнтези. Ты существо другого порядка, которое неизвестно по какой причине существует в этой физической оболочке
- Американцы говорят, что если выглядит как утка, ведет себя как утка, крякает как утка, значит это утка.
- Дураки твои американцы, поскольку на этом обывательском принципе построены шпионские маскировки.
- Значит я утка-шпион?
- Значит ты другая, - не поддержал шутку Валерка, - хочешь того или нет, веришь или нет, но ты другая.
- Хорошо, другая, - согласилась я - и что теперь?
- Ничего, живи дальше, - он усмехнулся на мое недоумение и пояснил, - я не всеведущ, поэтому понятия не имею, зачем ты живешь средь нас. Просто, на мой взгляд, ты должна как можно реже сравнивать свой путь с другими людьми и не комплексовать, находя свою дорогу.
- А разве такое справедливо не для всех людей?
- Теоретически - да. Практически - глобальное большинство выравнивает свой путь по наезженной колее. Тебе так нельзя.
Я подумала и вернулась к шоколаду. Валерик, последив немного за постепенным уменьшением уровня жидкости в моей чашке, тоже безмолвно взялся за свое латте. Больше мы об этом не говорили.
Однако стоило только выйти на улицу, как разговор продолжился без нашего участия. Сначала прямо перед носом с криком «Дорогу! «пронесся пацан на велосипеде. Ему в спину громко завозмущалась едва не сбитая мадам в деловом костюме, поведав всем и всям, как именно нужно выбирать себе путь. Но окончание ее речи было полностью заглушено рокотом подъехавшего джипа и несущимся из его открытых окон надсадным хрипом Высоцкого, возвещавшего:
«Колея это только моя, выбирайтесь своей колей».