Страница 8 из 288
— Что тебе эти протоколы?
— А то, что их нет! Кто-то хочет, чтобы их не было, — протянул Хольм, перегнувшись через стол. — Говорят, Ньял связан с пропавшим контрабандистом, а контрабандист – с письмами. Переписка Ньяла и Цесара ушла в народ, а потом разом пропала.
— Сплетни…
— Нет! — отрезал Нао. — К тебе из-за этого контрабандиста приходил Ньял. Сам. Лично. Лицо фамилии. РК ищет письма, а Цесар жжёт мосты. Боится, значит. Я видел фрагменты нескольких писем, пока они и от меня не утекли. Одно из них, без сомнений, написано человеком с такой подписью, — Нао указал на закорючку в блокноте. — Мне нужны…
— Доказательства! Да, это подпись Цесара, — кивнул Янков. — Но причем тут я?
— Если это действительно подпись Цесара, значит переписка существует, - Хольм сделал многозначительную паузу. — Помоги мне.
Виктор вдруг окаменел, глаза стали чугунными, неподвижными:
— Запретить я не имею права. Не имею права делиться ходом следствия и, тем более, не имею права посоветовать тебе искать на Ятребской скупке, — добавил Янков еле слышно. — Чтоб никаких блокнотов и перьев! Скажешь, что от меня.
— Это предложение поехать с тобой?
— О, нет! — Янков протестующе замахал руками и быстро встал, на ходу надевая форменный сюртук синего цвета.
— Подожди, я возьму, что не съели, — Нао засуетился, как бы не заметив протеста.
— Хольм, иди к черту. Я уезжаю один! — Виктор направился к выходу.