Страница 76 из 105
Хельга… и чего ей не спится, окаянной? Неужто в Скельдиании положено ни свет ни заря подниматься и по домам бродить? Ясно теперь, чего она так на меня смотрела – и думать нечего, почему это девка с утра лохматой-растрепанной, кое-как одетой да со следами поцелуев на шее выходит.
Не такая баба Хельга, чтоб болтать налево-направо, не скажет никому. А Велимир и без того обо всем знает да тоже сор из избы не понесет. Ладимир хвастаться не станет, а я и подавно. Потому так будет – наше это дело, мое и его. Наша любовь, нам и ответ держать. А коли нужно будет за себя сказать, так я и отвечу перед богами.
Расчесалась, а косу собирать не спешила. Как упадут волосы свободными на плечи, так будто и краше стану. Ладимир вон как долго любовался как струятся мои рыжие пряди в его руках. «Будто огонь», - говорил вчера.
Меня-то боги одним огнем наградили, а его другим. Глаза так колдовским пламенем и горят, и мир весь в них отражается. Как взгляну – кажется, оторвусь от земли и взлечу будто птаха небесная, и руки крыльями станут – прямо под ясный небосвод отправлюсь. А все ведь на земле стоять продолжаю.
Вот она любовь – силища какая! Врут люди, что злая, не верьте. То конец ее злым иной раз обернется да не у всех. А любовь, ежели только из сердца самого, та к звездам поднимает и душа с ней летит, а не по земле шагает, на посох опираясь.
Всеслав нынче хмурый был. Не улыбался, не шутил. Сидел только и старую летопись читал. С ним и Варвара с Тишкой притихли. То они все собачатся меж собой, а сегодня примолкли.
- Что смурной такой, Всеслав? – решилась спросить.
- Не всем же сиять медным грошем, как ты, лисица.
- А чего ж не сиять, коли повод найдется? – не смутилась я.
- А то-то и оно, что нет повода ладного.
- Случилось что?
- Давно уж случилось, Вёльма, давно. Гарнарцы треклятые поедом жрут, скельдианы надумали вон в войну ввязаться, нам помочь, а тут еще и ельнийцы, чтоб им пропасть на месте, в гости заявиться решились.
- Ельнийцы? – я едва сдержалась, чтоб свой восторг не выказать. Уж сколько я слышала про этот народ чудной, сколько сказок знаю мне б вот хоть одним глазком на ельнийца настоящего глянуть. Только Всеславу об этом ни намека. – Чего им понадобилось?
- Того ж, что и скельдианам, Беларде помочь.
- Разве ж плохо?
- Плохо-то неплохо, а не время сейчас князю почести гостям воздавать да красные дорожки разворачивать. Ельнийский королевич вознамерился на Сияне Мстиславовне жениться, как только Ихмета разобьем. Вот и решил он и доблестью воинской покрасоваться, и девицу просватать.
- Так вроде ж просватана, - не разобрала я.
- Мстислав наш и ельнийский король, имена у них – сама ушедшая заплутает, еще год назад об том говаривали. Теперь вроде и срок пришел. Да есть еще проблема одна. Сияна как и вся Беларда молодым богам поклоняется, а ельниец требует, чтоб девица его веру приняла.
- И князь согласен?
- Куда денется! Законы такие, а чтоб Беларду отстоять, Мстислав еще не на то решится.
Я только открыла рот и развела руками:
- Разве ж возможно такое? От богов, от веры своей отказаться! Грех ведь страшный, не будет покоя после.
Всеслав поглядел на меня и чуть улыбнулся – одними только глазами.
- Молода ты еще, Вёльма, видишь лишь то, о чем говорят. Боги – они едины для всего света. Это уж люди зовут их разными именами.
- Так если ж едины, чего Сияне в ельнийскую веру не перейти? – спросила, все еще не соглашаясь с Всеславом. Как же так, что едины? Выходит, ельнийцы в тех же богов верят? Нет уж. Наша вера правильная, а их нет.
- Сияна из княжеского рода. Простому-то от заветов предков отступить нельзя, а ей и подавно. К тому ж, представь себя на месте княжны – везут в чужой край, замуж выходить велят, а слова-то и не спросят.
- Жаль ее за это, - согласилась я. На своей шкуре испытала, что такое, когда принуждают за немилого идти. А Сияна та же девка только крови высокой. – Так а чем же тебе это аукнулось, Всеслав?
- Я, Вёльма, не только чародей, но и в советниках князя хожу. Мстислав велел ельнийцам почетный прием готовить и заодно про веру их узнать. А я в Ельнии так давно был, что и не помню толком.
Я придвинулась ближе к старику и заглянула в книгу.
- Так давай вместе готовиться? Не все ж в Ельнии бывали, кому-то и интересно будет.
Война с гарнарцами треклятыми за сотни верст от Трайты шла, а все же весточки печальные то и дело долетали. Воевода Далибор писал, что трудно ему рать вражескую сдерживать. Без волшбы кочевники силой великой владеют, а уж как шаманы их в бубны начнут бить, да кровь свою с зельями в котлах смешивать, так и вовсе тяжко нам против них стоять.
- Станут ли чародеи в войну вступать? – спросила я как-то у Всеслава, когда тот велел его грамоты разобрать. – Чего ж князь наш так медлит?
- Погоди, Вельма, не торопись. Князь не дурак, а Ростих, советчик ему, так тот и подавно. Чародеи наши посильнее гарнарских будут. Особенно те, кто боевому искусству обучен. Сам же Ростих таков. Да и ученик его, - заклинатель подмигнул мне, - Ладимир твой разлюбезный. Сильный он колдун, не чета нам с тобой. И знает много – ведун же.
Я зарделась и опустила глаза.
- Скажешь тоже, - проговорила. – Разве Ладимир тебя сильней?
- Теперь нет, а вот подучится да посох получит, так почитай равными станем. Должна же знать, на что твой полюбовник способен.
- Будет тебе, Всеслав, - совсем смутилась я.