Страница 23 из 105
Проговорил и замолчал.
Я как очнулась, на щеке своей слезу ощутила.
- Что, страшно стало? – сощурился Ждан. – Правда - она не каждому сладка.
- Так вот за что тебя люди боятся, - тихо проговорила я, поднимаясь.
- Не держи зла, лисица, - только и ответил старик. – Не моя в том вина. Что вижу, то и скажу. В судьбе лгать не стану.
- Спасибо, дед Ждан. Пусть боги хранят твой дом.
Я поклонилась и быстро вышла.
Пророчество его так с губ и не сходит. Помню. Каждое словечком повторяю. Будто мороз по коже от них. До седых волос не забуду теперь.
Утром, чуть солнышко ветвей коснулось, я с собранным мешком и небольшим узелком вышла на крыльцо арьярова дома.
Прохладный освежающий воздух тут же пополз по коже, норовя проникнуть за шиворот и пробежаться по спине. Немного вздрогнув от такого прикосновения, я плотнее запахнула куртку, подняла ворот и побрела к воротам селения. Туда, где с Ладимиром встретиться уговорились.
Заряна с младшим сыном не вышли меня провожать. Лишь сухое «легкой дороги» мне прощанием стало. И то верно, зачем я им? Чужачка, одно слово. Арьяр – тот и вовсе куда-то исчез. А я и дознаваться не стала.
У ворот уже маячила фигура Ладимира. Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, колдун ждал моего приближения. Взгляд у него был такой, что хоть от молний уворачивайся.
- Ох и долго же ты собиралась, Вёльма, - без тени насмешки проговорил он. – Видать, косу спросонья сплести не могла.
Я недовольно скривилась и ответила:
- Для тебя ж старалась. Зря что ли Чернава все лицо исцарапала? Уважить девку надо.
Колдун закатил глаза.
- Чую, натерплюсь я с тобою.
- А уж я как натерплюсь.
Безнадежно оглянувшись назад, я поняла, что Арьяр не придет.
Плохо. Не хотелось с тяжелым сердцем Подлесье покидать.
- Поехали что ль?
- Не спеши уж, - Ладимир повернулся в сторону и кликнул Амельда.
Через минуту привратник вышел к нам из-за караульного домика. Да не один. Под уздцы ведун вел двух коней – черного как ночь и в яблоках.
Увидев их, я опешила, рот открыла, шумно выдохнула да так стоять и осталась.
- В седле-то удержишься? – усмехнулся Ладимир.
- Удержусь… - справляясь с удивлением, проговорила. – Только откуда?
- А ты поди думала, у нас и лошадей нет? – Амельд протянул мне поводье. – Держи крепче. Этот твой будет.
Кобыла, та, что в яблоках, моргнула, смеряя меня взглядом умных сливовых глаз и тряхнула головой. Будто кивнула и что-то одобрила.
- Ее Миркой зовут.
Я сжала в руке повод и посмотрела на Ладимира.
- Ну, чего перепугалась, лисица? – засмеялся он. – Как зверей диких заклинать, так мастерица, а как лошадь увидела, так и дух в пятки? Не трусь, мои это кони.
Я выпрямилась, горделиво подбородок вздернула. Как обычно делала, ежели показать желала, что не задели меня за живое слова.
- Что ж, думаешь, лошади боюсь? – провела рукой по миркиной морде. – Мы с ней сдружимся, да, ласточка?
Кобыла согласно фыркнула и ударила копытом.
- Вишь, понимает, кто рядом.
Ладимир покачал головой.
- Ладно, Амельд, прощай, - обнял товарища, дважды хлопнул по спине. – Мир тебе.
- И тебе не хворать, колдун. Смотри, не озоруй больно, а то, того и гляди, Трайту княжескую спалишь. Помнишь-то, как дом Свана в младенчестве поджег?
Они рассмеялись и крепко пожали друг другу руки.
- И ты прощай, Вёльма – рыжая лисица, - улыбнулся привратник мне. – Жалко, что уходишь.
- Неужто заскучаешь?
- Так кто ж еще на площади подерется? Наши-то вряд ли.
- Прощай, - только и ответила я. Видать, молва людская из меня прямо зверя лютого сделала.
Ладимир ловко взлетел в седло и я, хоть и не так проворно, но все ж не кулем заняла место всадницы. В родной моей Растопше дурным считается, если баба верхом ездит. Помню, крепко я получала от отца и матери за такую вольность. Но как однажды, забавы ради, усадил меня братец в седло, так уж оттуда и вытащить не сумел.
Мирка фыркнула, мотнула головой, отчего пальцы мои погладили шелковые локоны ее гривы. Тут я только заметила, что мастью кобыла всаднице подстать – грива-то чуть рыжевата.
- Едем?
- Едем, - кивнула я и снова назад оглянулась. Нет Арьяра.
- Открывайте, друже, - скомандовал колдун.
- Что ж Арьяр тебя не провожает? – осмелилась спросить, ударив Мирку ногами в бока. – Едем, ласточка.
- Арьяр затемно в лес ушел на охоту. Мы уж вчера попрощались, - оглянулся на меня и добавил: - Тебя просил беречь.
- Вот и береги.
Подлесье, ведунья вотчина, осталось позади. Не увижу я больше дома Ясны, не услышу скрипучего голоса деда Ждана, той флейты, что пастушок вечерами играл одно не услышу. И не бывать мне больше в доме Заряны, не молиться на здешнем святилище. Арьяра больше не поцеловать и глаз его холодных не видеть, да и женой ему не стать.
Не вернуться мне в эти края. Прощай, Подлесье и народ твой славный. Сохрани меня, Ларьян-батюшка. Дай мудрости, Вела-вещунья. Путь мне верный укажи, Славша – странник.