Страница 22 из 105
- Что за цветок такой? – спросила.
- Медунка. Против кашля ее пьют, - объяснила Ясна. – Я сегодня до рассвета поднялась и собрала. Пойдут холода, людям этот отвар нужен будет.
Она взглянула на меня проницательным, внимательным взглядом и спросила:
- Так что случилось у тебя? Ты ведь уходить завтра собралась?
- Собралась и уйду. Не могу дольше в доме Арьяра находиться.
- Никак с Заряной не сошлись?
Я только кивнула.
- Пустое. Тебя дорога ждет, не тревожься о другом.
- Вот за тем и пришла к тебе, Ясна. Расскажи мне, где в Трайте чародеев искать, что обучить меня смогут.
Знахарка оторвалась от трав и, будто что-то вспоминая, посмотрела в окно.
- Плохо я помню дорогу, да рассказать попробую. Смотри не спутай после ничего.
Ухватившись за перекладину невысокого забора, я встала на носки и заглянула во двор. Чистым и ухоженным он казался только на первый взгляд. Присмотрись получше и увидишь, что поленница сложена абы как, у забора лежат полусгнившие доски, а сам дом опасно покосился.
Войти в калитку не получилось – видать, она заперта изнутри.
Черный кудлатый пес, дремлющий у своей конуры, открыл глаза и, завидев меня, вскочил и радостно завилял хвостом.
- Ну что, дружок, дома ли твой хозяин? – спросила я.
Пес будто бы понял и хрипло словно древний старик залаял, повернув морду в сторону дома.
Я принялась терпеливо ждать.
Спустя несколько минут послышалось кряхтение. Откуда-то из-за дома показался старик. Ловко для своих преклонных лет, он шел, задумчиво поглаживая окладистую бороду.
- И чего ж ты лаешься, Жук? – проговорил, остановившись перед псом. Да так посмотрел на него, что-то сразу и притих, даже хвост поприжал. Знает, прохвост, что хозяин с ним говорит. – Что тебе опять неймется?
Жук, кажись, понял и мотнул мордой в мою сторону. Хрипло гавкнул и стал дожидаться что же дальше.
- Здрав будь, дед Ждан! – крикнула я, снова поднимаясь на носки. – Пустишь гостью на порог?
Старик сощурился, всматриваясь в нежданную пришелицу, и кивнул после:
- Отчего ж не пустить? Лисицы-то ко мне нечасто приходят, а уж такие…
Терпеливо дождавшись, пока он откроет, я наконец-то очутилась в его дворе.
Ждан повернул засов на двери и обернулся на меня.
- Эк тебя Чернава изукрасила, - по-стариковски усмехнулся он. – Постаралась девка на славу. Да и ты ей, говорят, под глазами круги навела?
- Я защищалась, а она нарочно.
- Ну, будет, - остановил старик. – Передо мной-то не след оправдываться. Я ж и без того все вижу. Зачем пришла-то? Кажись, не шибко я тебе тогда по нраву пришелся.
- Поговорить хочу, - ответила, неловко с ноги на ногу переминаясь.
Ждан снова погладил бороду и, не сводя с меня своих колдовских глаз, кивнул:
- Отчего не поговорить, если человек просит хороший? Идем в дом.
Пес еще раз гавкнул, недовольно на меня поглядывая.
- Спасибо тебе, дружок, - проговорила ему.
Жук вильнул хвостом и, будто бы одобряюще кивнув, полез в конуру.
- Понимает, прохвост, - усмехнулся Ждан. – Да и немудрено. Тебя разве ж только перевертыш не поймет.
- Почему не поймет? – спросила я, поднимаясь вслед за ним на крыльцо.
- Дар твой только на зверей природных действует. Встретишь перевертыша – беги без оглядки, коли серебряной стрелы нет и меча на поясе.
В тесном домишке Ждана было душно и темно. Две комнатки, увешанные пучками трав и кореньями, жидко уставленные мебелью, да нехитрой утварью у печи.
- Живу, как видишь, один, - проговорил хозяин, будто извиняясь за свое жилище. – Только Жук мне товарищ. Гостята моя десятый год как померла, а детей боги не дали. Да ты садись, чего стоишь, лисица! В ногах правды нет, а тебе твои и подавно поберечь нужно.
Помня все, что говорила Ясна про деда Ждана мне не по себе стало. Вдруг как скажет что дурное, как же жить потом? Ох, чую зря пришла.
- Ну, спрашивай, чего хотела? – в глазах Ждана играли озорные огоньки. Видать, потешиться надо мной решил.
- Говорят, ты, дедушка - вещун?
Он только руками развел.
- А много чего болтают! И про тебя, и про меня.
Я на миг растерялась:
- Про меня и говорить нечего - чужачка я. А тебя люди знают, врать не станут.
Ждан хитро сощурился:
- Сказывали вчера бабы на площади, что ты Арьяру полюбовница, а от него к Ладимиру решилась перейти…
- Врут все! – так и вспыхнула я. – Уж если и ты, дед Ждан, веришь…
От возмущения даже вскочила и собралась было уйти.
- Стой, лисица дурная, - рассмеялся Ждан. – Шуток поди не понимаешь?
- А ты чего со мной шутишь? Я ведь за правдой пришла!
- Сядь-сядь. Знаю я твою правду. И что замуж уж дважды идти не схотела, знаю. И зачем пришла тоже знаю.
- Раз знаешь, скажи, что ждет меня?
Ждан не спешил говорить:
- А осмелишься ли правду узнать? Вдруг дорога твоя не так легка окажется?
- Какою бы не была…
Старик снова засмеялся и певуче, будто гусляр заезжий, заговорил:
- От околицы до околицы пыль клубится. То верхом, то пешком по дороженьке путникам покоя нет на семи ветрах. А за стенами каменными ждет воин с мечом булатным. Глаза его неба серого, а в руке его цепь да грамота. И что выберешь, то и сбудется.
Я слушала его и запомнить старалась, каждое слово повторяя про себя. Сидела, а по телу так мурашки и бежали. Страшно мне. Но, раз уже решился, так до конца дослушаю.