Страница 65 из 108
Дополнение: Если не нравятся откровенные сцены, просто пролистываем эту главу.
Закрыв глаза, откинулась на подушку, полностью отдаваясь на волю обжигающим рукам и губам Алана. Он же целовал сначала шею, изредка покусывая кожу. Каждый раз его укусы становились всё сильнее, словно он проверял, насколько далеко я позволю ему зайти. Честно говоря, неожиданно, но мне и самой нравилось это, поэтому я добровольно выгибалась и подставлялась под эти поцелуи-укусы.
Становилось жарко. Или это всё из-за аномально горячих ладоней, которые сейчас оглаживали каждый сантиметр моего тела, будто знакомясь с ним.
Поцелуи опустились на ключицы, а потом на грудь. Я задохнулась, когда ощутила на одном из сосков зубы и влажный язык. Вскинув руки, запустила пальцы в немного спутанные волосы и невольно дёрнула.
– Не нравится? – послышался хриплый голос Алана.
Я кое-как открыла глаза и посмотрела на него. Он, в свою очередь, тоже смотрел на меня, замерев.
– Мне приятно, – ответила, облизывая губы и пытаясь подавить рвущиеся наружу жалобные стоны.
– А так? – Алан склонился над грудью и довольно болезненно укусил её.
Я зашипела, выгибаясь в другую сторону, словно пыталась уйти от укуса, но в то же время почувствовала, как внутри прокатилась волна жара. Никогда не думала, что мне понравится лёгкая боль. Конечно, не думаю, что мне будет по душе, если мне начнут ломать кости или снимать кожу, но вот такая терпимая боль вполне ничего.
– Ещё, – прошептала, снова облизываясь и невидящим взглядом наблюдая за чёрной дымкой, которой становилось всё больше. Кажется, ещё немного - и вся комната будет заполнена ею.
– Как скажешь, – Алан усмехнулся и оставил свой след на другой груди, снова вырывая из меня стон, в котором смешалось и удовольствие и недовольство от боли. Какое-то странное чувство, вроде и приятно, и в то же время хочется избежать этого.
Согнув мои ноги в коленях, Алан развел их в стороны. Я в тот момент была в какой-то прострации, поэтому не сразу поняла, что он задумал. Зато потом я едва не согнулась пополам в обратную сторону, когда его горячие губы прикоснулись к самому сокровенному. Я схватила его за волосы и замерла, не понимая, чего мне хочется больше. Чтобы прекратил? Нет! Продолжил? О да, да!
– Да! – крикнула, притягивая его к себе сильнее и сводя ноги.
Я уже и забыла, как это приятно. На глазах непроизвольно выступили слезы, а дыхание сбилось полностью. Я уже не соображала, кто я, что я, и где я. Вся я была сосредоточена в одном месте, которое уже не просто пульсировало, а буквально пылало.
Когда Алан отстранился, я была почти у грани, поэтому тут же разочарованно застонала. Он поднялся и посмотрел на меня. Я сквозь пелену тумана и слёз видела, насколько он возбуждён. От его взгляда меня внутри тряхнуло. Ещё никто и никогда не смотрел на меня так. Жадно, жарко, собственнически. Он словно говорил взглядом, что никуда я от него не денусь, и в то же время я видела удовольствие от того, что он сам понимал это.
– Не всё сразу, – прохрипел он мне в губы и поцеловал.
От собственного вкуса на его губах меня повело ещё сильнее. Это было что-то слишком откровенное, слишком интимное.
Оторвавшись от меня, Алан полностью разделся, почти сразу ложась поверх меня. Но короткого мига хватило, чтобы меня напугать. Он в меня не влезет!
Схватив одну мою ногу, Алан немного отодвинул её в сторону, рукой придерживая меня за бедро.
– Сейчас будет немного больно, – облизнув губы, сказал он как-то слишком предвкушающе и толкнулся вперед.
От прострелившей боли меня выгнуло. Вцепившись в покрывало пальцами, я что есть силы сжала его и открыла рот в безмолвном крике. Алан остановился, я же упала обратно на кровать, широко распахнув глаза. Он смотрел на меня, при этом, как мне показалось, взгляд был совершенно безумным. Он горел и будто бы пожирал меня глазами.
Снова толчок, короткий, но его вполне хватило, чтобы мне почудилось, будто меня сейчас разорвёт пополам. И снова я забыла, что первый раз довольно болезненный. Ах, как везёт тем, у кого впервые это проходит не так больно.
– Больно, – прошептала, всхлипывая.
– Сильно? – как-то совсем уже хрипло спросил он, снова делая короткий толчок. Мне кажется, ему нравится эта пытка, иначе он просто вошел бы одним разом, и всё.
Посмотрев на него, только укрепилась в своих мыслях. Надеюсь, он не будет меня стегать кнутом до крови и сажать на цепь? Мне, конечно, небольшая боль приятна, но калечить своё тело у меня нет никакого желания.
– Да, – ответила, как-то слишком уж жалобно всхлипнув и накрыв глаза рукой. – Пожалуйста, – попросила, вспомнив, что подобным людям должно такое нравиться.
– Что? – спросил он, даже не думая продолжать. – Я не слышу.
– Пожалуйста, войдите в меня, – всё же попросила, убирая руку и наблюдая за мужем сквозь немного слипшиеся мокрые ресницы. И я увидела, как того буквально тряхнуло, а сам он оскалился так пугающе, что я подумала, что Абсолон уже в нем. Эта мысль меня даже отрезвила немного, но когда Алан резко вошёл, все мысли покинули мою голову.
Кажется, я закричала. По-моему, даже в мой первый раз в прошлой жизни мне не было так больно. У меня появилось стойкое ощущение, что мне между ног вставили раскалённую палку. Позвоночник прострелило, а в животе всё полыхнуло.
Когда боль немного утихла, я услышала успокаивающий шёпот.
– Скоро всё пройдет, – шептал Алан, склонившись надо мной. Он целовал меня в губы, щёки, шею. Оглаживал одной рукой всё, до чего мог дотянуться. А сам крупно дрожал. То ли от возбуждения, то ли от напряжения. – Как ты? – спросил он с тревогой, когда я открыла глаза.