Страница 56 из 202
Река Ульк
Фента
1
Переправа на пароме через реку Ульк нисколько не походила на увеселительную лодочную прогулку. Райнеро с трудом держался на ногах, левой рукой сжимя выскальзывающий планшир, правой — коня под уздцы. Казалось, Марсио вот-вот выпрыгнет за борт. Или проломит голову паромщику. Или откусит хозяину руку и прикинется, что так и было. Кобыла Куэрво ржала от беспокойства, но хотя бы стояла смирно, кося на хозяина тревожным глазом. Качка не шла маршалу-изгнаннику на пользу: усталое, обросшее лицо было зеленее капусты.
— Стихия на нас сердится, сеньор, — крикнул Райнеро по дури. — Чем прогневали её вы?
Рамиро не ответил, его стошнило за борт.
Ветер пронизывал тело шилтроном ледяных пик, на зубах скрипел песок, рыбная вонь становилась тошнотворной. Вокруг скрипело и трещало. Казалось, паром ужасно устал, и доплыть до берега для него великое испытание. Марсио оглушительно заржал и попытался вскинуться на дыбы, Райнеро насилу удержал рвущуюся из пальцев узду. На скандалиста ощерилась Нинья, герцогская кобыла.
— Рамиро, вам лучше?
— Я прогневил не стихию, я прогневил короля. — Куэрво утирался замызганным рукавом колета. Вряд ли кто-то из знакомцев сиятельного герцога прежде заставал его в таком состоянии.
Мало польщённый своей исключительностью, Райнеро переждал это зрелище, играя в гляделки с Марсио. Тяжёлый взгляд не сулил хозяину ничего доброго.
— Дело же не в том, что вы заступались за меня, пока я был принцем?
Куэрво покачал головой, прикрывая глаза и вдыхая воздух. Мокрый и тухлый воздух, так что не жадничал бы.
— Святая Карола, как Франциско мог? И ведь я почти привёл нас к нему на заклание, сам... — Худое лицо скривилось, но на сей раз не от рвотного позыва — от сожаления. — Я виноват перед тобой.
— Бросьте, Куэрво, какая на вас вина? Это я должен благодарить вас, в конце концов, вы спасли мою шкуру. Сперва поймали, а потом спасли. И предложили кров.
Райнеро посмотрел на медленно приближающийся берег. Угрюмый, суровый. До графства А́гне ещё следовало добраться. Оно лежало у края Андрийской провинции, а та всеми своими льдами вмёрзла в дальнюю, самую северную часть Блицарда. Бастарду предстоял долгий путь с герцогом Куэрво, что был так немногословен всю дорогу через ненавистный ему Блаутур. Погружён в себя, опечален, терзаем только ему известными мыслями. Он заговаривал с Райнеро лишь тогда, когда собирался перевязать ему царапины, оставшиеся после драки с преследователями. Но и сам Райнеро не испытывал к болтовне охоты. Чувствовалось, Куэрво скорбит вместе с ним.
— Боюсь, узнай ты о причине моего гонения, благодарностей поубавится. — Герцог ви Куэрво нагнул нечёсаную голову, губы дрогнули в грустной улыбке.
— О чём вы? — спросил Райнеро с деланным безразличием. Рассеянно потрепал Марсио по гриве, но тревожное предчувствие уже вовсю выло в душу. В чём мог провиниться бывший маршал? Райнеро не переставал об этом думать. Догадка мучила его, такая невероятная, но теперь... Почему Райнеро должен утратить чувство благодарности? Почему Куэрво угодил в опалу той же ночью, что и принц? Потому что королева на исповеди назвала два имени...
Ветер гулял по реке непуганым забиякой. Сначала он срывал капюшон, сдирал с принца Рекенья и без того лёгкий плащ, потом толкал в спину, хлеща по мокрым волосам. Райнеро устал бороться с плащом и скинул капюшон, дав ветру волю. Обратил взгляд к Рамиро, не сводящего с него глаз. Сделалось очень тошно.
— Это было тайной, большой тайной. — Куэрво отвернулся, облокотился о планшир. — И Диана унесла бы её в могилу, если бы её бедная душа не устрашилась смерти в последний миг. Ты знаешь, я твой отец-восприемник. Теперь знай, что я и...
Будто лента мулеты завязала глаза. Бастард налетел на отца разъярённым быком, и бортик парома не стал ему преградой. Рамиро глупо сгрёб руками воздух, повалился за борт, и Райнеро тоже не почуял под ногами земли. Колет натянулся книзу, то была хватка папочки, голый сумрачный берег кувыркнулся перед глазами, и ледяные волны сперва ошпарили, а потом сковали, как кандалами. Где верх? Где низ? Мутная— сажа и плесень — вода сорвала с глаз алую пелену и влилась в них сама.
Райнеро старался выпутаться из плаща, но фибула давила под горло, а сапоги и шпага тянули вниз якорем. Лёгкие стиснуло, Райнеро извернулся, из горла вырвались пузыри воздуха, в рот и нос хлынула вода. Резкий толчок откуда-то сверху, рывок, вверх, спасительный глоток воздуха. Бастард судорожно вцепился в вытащившую его руку. Можно ли напиться воздухом? Да!
Глаза саднило от воды, Райнеро потёр их, тряхнул головой, не переставая жадно пить воздух. Куэрво! Райнеро отпрянул, но тот снова схватил его одной рукой, второй же продолжил грести к парому. Паромщик остановил свой «плот», оно и понятно, отплыли они недалеко, Райнеро даже отсюда слышал угрожающее ржание Марсио.
— Ты! Скотина!
Принц Рекенья дёрнулся, бесполезно, новоявленный отец держал крепко. Волочит его за собой, как не способного плавать щенка! Но всё же одной рукой пришлось уцепиться за плечо Куэрво, второй помогать грести. Паромщик кинул с борта канат, забелевший змеёй в мутной воде.