Страница 150 из 202
Несчастный олух улыбнулся.
— Я не знать язык. Знать мало слов, — выцедил он.
— Я вижу, мой хороший, — участливо покивал Хью. — А я-то подумал, утро испорчено. Восхвалим святого Прюмме, слизень так и не удосужился выучить язык!
Принц повернулся к Хьюго, не обратив внимания на беспокойно мнущегося в седле Лари. Берни видел только чернокудрый затылок Кэдогана, но не сомневался, сейчас на Хьюго обрушился один из усмиряющих взглядов из-под бровей. Принц Тимрийский не умел лгать мимикой. Если он улыбался, то белозубая улыбка озаряло всё его лицо, и те, кто были рядом, невольно заражались этим жизнелюбием. Если принц смеялся, то с запрокинутой головой, а хохот лился песней. Если же он сердился, то одним сдвиганием бровей к переносице заставлял любого отводить глаза, а то и опускать голову.
— Хьюго, если ты изволишь доставлять нашему гостю неудовольствие своими неизгладимо колкими замечаниями, делай это как можно более изощрёнными словами, какие он точно ещё не успел выучить.
Кэдоган никогда не говорил так быстро и в такой скользящей манере. Берни переглянулся с не менее удивлённым Тони. Хью же довольно кивнул, разглаживая усы большим пальцем.
Несчастный Лауритс напряжённо вглядывался куда-то в рот Кэдогану, будто силясь выловить перевод слов оттуда.
— Я понять, вы просить мессира....
— Аргойла, — подсказал довольный Хьюго.
— Мессира Аргойла попросить говорить слова, что я знаю?
— Верно, — Кэдоган жестом пригласил Лауритса присоединиться к ним и продолжить путь. — Но расскажите же о нашей дороге. Что случилось с Эмерикским трактом?
Лауритс тяжко вздохнул, подбирая слова. Берни было почти жаль слизня. Тот бы не имел ничего против, предложи Кэди перейти на блицард, но в планы принца это не входило. Не оскорбляя слизня так явно, как Хью, Кэди всё же не мог спустить ему отсиживание зада во время Девятнадцатилетней и любовь к Хэнни. Кэдоган ехал на собственную помолвку, но это не мешало ему ревновать! Берни хмыкнул, поправил колет, за петлицу которого ещё утром заткнул цветок сирени. Любимый цветок Альды. Он не отстанет от своего побратима, следом за Кэди будет его черёд. Когда Рональд Оссори, граф Уэйкшор, просил руки Альды Уайлс под зорким глазом своей матушки, его ещё грызли сомнения, это больше походило на пленение, чем на добровольный союз. Но сейчас, сейчас! Если вместо лопаток когда-то были крылья, то Берни чувствовал, как они расправляются, стоит ему лишь подумать о своей невесте, их общем будущем! Вчера, проезжая заросли сирени, он сорвал сладко пахнущее соцветие и, не выдержав, рассказал о предстоящей помолвке с Альдой друзьям, ведь раньше о ней знал только Айрон-Кэдоган. Со вчерашнего же дня Энтони стал ещё молчаливее обычного. Кэди тогда шепнул, что Тони тоже мог надеяться на сердечко Альды, но Берни покатился со смеху. О том, что Оссори и Уайлс сойдутся в брачном союзе, все знали едва ли не с того дня, когда маленькие Альда и Берни познакомились, так мог ли Энтони думать о подобном? И предположить смешно!
— Эммер... Эмримммстк... — мучительно замычали над ухом. Лари вклинил коня между Кэди и Хью, так что Берни иногда удавалось разглядеть профиль несчастного слизня. Ничего особенного, разве что щёки румянятся, будто только что побрили и умыли. Лари жестикулировал у самого лица, щёлкал пальцами правой руки, подбирая нужное слово. Язык рвался подсказать, но вместо этого Берни потрепал Вишенку по гриве. — Тракт размыт, — выдохнул Яноре, изображая рукой волну. — Наводнение. Мы ехать другой дорогой. — Он указал вперёд, туда, где дорога сужалась и уходила в темнеющую низину, в лес. — Через... мммм... город, где болезнь. Умирать. Карлат. Я сказать понятно?
Берни передёрнул плечами, вгляделся в разом ставшую неприятной даль. Светлые мысли о помолвке исчезли, оставив гнетущее предчувствие беды. Вести наследного принца Блаутура через край, который сгубила зараза и прокляла церковь? Неужели Кэдоган прав, и слизень не так прост, как кажется? Нарочно заведёт их в карлатские земли, где нет подмоги, а там они встретят запропавшую блицардскую свиту, и численный перевес будет совсем не на стороне пятерых драгун, уехавших на мили вперёд процессии, полагающейся блаутурскому принцу. Сказать безутешной невесте, что жениха убили разбойники, предложить себя взамен? Берни с силой сжал эфес драгунской сабли, но Лари не чуял угрозы, продолжая смотреть на Кэдогана безобиднейшим из слизней.
— Кэдоган, мы не поедем с ним. Не через эту дорогу.
Утро завладело небом, горизонт светлел, солнце уже поднялось, но будет ли в лесу так же ясно? Они ехали открытой местностью, последнее селение осталось позади, по сторонам песчаной дороги только поля. Из придорожной травы взвилась в небо вспугнутая стая крохотных пташек, беспокойно запищав, унеслась в хлопковое поле. Не в лес, что всё приближался, из единой серой полосы превращаясь в жухлые деревца у границ и низкие кусты. Так бывает у болот.
— Отчего? — Кэди повернулся к Берни. — Вспомнил страшные сказки?