Страница 51 из 55
Фрис вспомнил, кто он такой.
Фрис вспомнил, зачем он появился.
Фрис вспомнил, что было до того, как он попался на трюк волшебника.
И дух Воды проснулся.
~*~
Запах железа и грязи, звук капающей откуда-то воды и ее бурление, – все это бросилось в его уши и нос, едва только Фрис открыл глаза. Он лежал на холодном, сыром камне. В облике человека, совершенно обнаженный, беззащитный и потерянный. Странное ощущение бессилия давило на него, будто каменная плита. В горле пересохло, мышцы свело, его трясло от пронизывающего холода. Он обвел взглядом темноту, пытаясь хоть что-то различить в ней, но это было бессмысленно. Хоть глаз коли. Фрис пошарил руками по полу и вляпался ладонью во что-то липкое и ледяное. Стараясь не думать о том, что это было, он медленно поднялся. Будто слепой, выставил руки перед собой и пошел вперед. При каждом шаге ноги липли к полу, было противно и очень-очень холодно. Фрис не рискнул превратиться, так как не знал, какова высота потолков и ширина этого места, а застрять здесь ему бы очень не хотелось. Шаг за шагом он ступал к цели, пока руки не нащупали металлическую решетку и дверной проем. Фрис все понял: мальчишка-волшебник применил к нему сонное заклятие, а затем приказал схватить и отправить его в карцер. Что же… Понял ли он, с кем связался? То место, где Фрис был во сне, – это новорожденный мир. Все духи, существующие на других планетах и в других Вселенных всего лишь как нематериальные сущности, в этом мире были олицтворены великой сотворяющей силой. Но правильно было бы называть это состояние сном? Вряд ли. Мальчишка попытался отправить его в изначальный хаос. Понимает ли он, какую магию применяет? Понимает ли, насколько опасна она может быть? Едва ли… Снова – снова! – он сталкивался с неуемными человеческими амбициями, и в этот раз они могут стоить ему слишком дорого.
«Если меня не убили, пока я был без сознания, значит, будут говорить», – решил Фрис. Но как сбежать из этой каменной темницы?
Фрис попробовал призвать воду из земных недр, но обнаружил, что слишком слаб и не может пробить своей магической силой каменные толщи. Никто и ничто не отзывалось на его призывы о помощи. Со всей силы он ударил по решетке раз и другой, но без какого-то результата: железные прутья крепко сидели в толстых стенах.
– Здесь должна быть вода! Они же люди! Что-то же они пьют! – прорычал он себе под нос. Он слышал капель, понимал, что все небезнадежно. Однако кромешная тьма вокруг, холод и сырость сковывали его и лишали способности четко мыслить. К тому же, запах металла забил нос так, что он перестал что-либо чуять.
Шаги. Тихие равномерные шаги послышались невдалеке. Он напрягся и приготовился. Спустя некоторое время раздался лязг открываемой задвижки, и через маленькое окошко в двери ворвался тусклый свет. Фрис зажмурился – настолько его глаза отвыкли от освещения.
– Проснулся? – услышал он знакомый голос и увидел самодовольное лицо мальчишки-волшебника. – Долго же ты спал.
Фрис бросился к решетке. Его противник стоял так близко, но был совершенно недосягаем. Он смотрел на пленника своими большими серыми глазами и чуть заметно морщил аккуратный нос. Взгляд выражал непомерное превосходство, он был явно горд, что смог поймать Фриса.
– Зайди сюда, – сладко позвал Фрис и ощутил, как поднимается внутри волна гнева.
– Ищи дурака! Мне и так сказочно повезло, что ты не откусил мне голову сразу же, как увидел. Между нами: это было бы верным решением.
Фрис смотрел на него, как на что-то, что давно сгнило и издавало тошнотворный запах, но волшебника это нисколько не смущало. Он расхаживал взад и вперед, то появляясь, то исчезая в маленьком окошке.
– Поскольку спасти тебя отсюда некому, вырваться ты не сможешь, а его превосходительство знать не знает, кто имел глупость сюда нагрянуть, то ты – мой личный пленник. А раз ты мой пленник, я волен делать с тобой все, что захочу. Испытывать на тебе заклятия, например. Мне давно нужен был разумный подопытный. Гвардейцы совершенно бестолковы.
– Когда я вырвусь отсюда, ты узнаешь истинное значение слова «ужас», – пообещал Фрис. Он уже понимал, что склонить волшебника на свою сторону ему не удастся, так как тот был слишком умен, чтобы купиться на любые обещания духа Воды.
– Не вырвешься, – уверенно заявил мальчишка. – Взгляни на стены.
После этих слов он выставил руку ладонью вверх, и с нее сорвались знакомые Фрису лотосы. Уже опасаясь подходить к ним и вдыхать опасный запах, он зажал нос и рот ладонью и отскочил в сторону. Но когда нежно-розовый призрачный цветок влетел в его карцер и осветил пол и стены, он не смог сдержать возгласа ужаса. Теперь было ясно, почему он не мог пробиться к воде, не мог призвать ее: мешало мощное заклинание удержания души. Фрису стало дурно, его затрясло, когда он увидел окровавленную женскую голову в углу камеры. Знаки этого заклятия можно было чертить только кровью беременной женщины. Сейчас ее тело кусками лежало в разных углах камеры. Убита эта несчастная была совсем недавно, тяжелый запах крови удушающим облаком повис в темной камере. Фрис пошатнулся, но устоял.