Страница 93 из 168
К удивлению, лицо дворецкого презрительно скривилось, совсем как лицо дамы несколько минут тому назад. Окинув Рэя холодным взглядом, он вновь задернул шторку, оставив юношу стоять в недоумении на пороге.
Лишь спустя некоторое время тот понял, что открывать никто не собирался.
— Эй!— выкрикнул он и вновь замолотил в окошко.— Постук! Ты впустишь меня или нет?!
— Открой немедленно! — потребовал он, когда дворецкий вновь выплыл из сумрака за дверью. Но Постук даже не потянулся к дверному запору.
— Убирайся отсюда, грязный оборванец,— отрезал он. Пару мгновений Рэй в растерянности глазел сквозь стекло. Происходящее казалось ему дурным сном, наваждением, плохой шуткой, которая слишком затянулась. Он продрог, дурно пах и стоял без копейки денег и ключей на крыльце, словно нищий, вымаливающий подаяние. Какой стыд...
— Да как ты смеешь! — взорвался Рэй.— Я — Рэймонд Павлинс, это — мой дом, и ты не можешь так со мной обращаться!
— В этом доме нет юношей по имени Рэймонд.— Под гладко выбритыми скулами дворецкого заходили желваки.— Еще раз постучишь, и я вызову полицию.
— Вызывай! Вызывай, черт возьми! Я с радостью расскажу им, как сумасшедший дворецкий битый час держал меня на пороге! А после тебя уволят, слышишь?!
Постук поджал тонкие губы и скрылся за шторкой, оставив Рэя наедине со своим отражением. Из серого отражения на него уставилась страшная рожа со всклокоченными волосами, короной венчавшими голову. На рябом лице темнели глубоко посаженные глаза, один из которых украшал здоровенный синяк. Все остальное скрывала густая борода, у висков сраставшаяся с бровями.
Бородач в отражении испуганно скривился. Он больше походил на дикую обезьяну в одежде, чем на человека.
— Это я? — прошептал Рэй. Губы оборванца в отражении повторили произнесенные слова.
— Хорошо, что не я,— ответил ему недовольный голос сзади. Обернувшись, Рэй уставился на рыжего констебля. Затем на дубинку в его руках и рукоять револьвера за поясом.
— Слава богу, вы пришли! — с облегчением выдохнул юноша.— Меня не пускают в собственный дом. Этот чертов дворецкий, Постук, совсем сошел с ума. Может быть, ваши слова на него повлияют. Скажите, что это противозаконно...
С каждым словом вид констебля становился все отрешеннее и отрешеннее. Он выглядел, как человек, мысленно пребывавший в неком прекрасном месте, и оно уж точно было лучше поганой действительности. Вспомнив о лохмотьях, в которых оставил его преступник,— и о бороде, которая каким-то чудом выросла за одну ночь,— Рэй понимающе кивнул.
— Пусть вас не смущает мой внешний вид. Произошло недоразумение. Я — Рэймонд Павлинс, ночью меня ограбили и оставили в Богемном районе. Последним я помню прием в Оперном доме...
Рыжий констебль издал странный звук, словно в его горле что-то застряло.
— Мои друзья могут знать грабителя, вам стоит их навестить. Теренс Фаворик, спросите его. — Рэй шмыгнул забитым носом, стараясь сдержать подступавшие слезы, и умоляюще протянул к констеблю руки.— Пожалуйста, помогите. Позовите моих родителей, они сразу скажут, кто я...
— Эй, эй! — Рыжий попятился от грязных пальцев.— Спокойно. Я вижу, из какого ты района, парень. Мы вернем тебя домой, можешь не сомневаться.
Немного поколебавшись, он мотнул головой.
— Пойдем, парень. Пройдемся в участок. Там мы... разберемся с твоим именем и домом.
Юноша застыл. Что-то в тоне полицейского его насторожило, но, поразмыслив, он решительно кивнул.
— Пойдемте, констебль. Уверен, вы быстро отыщете виновных.
***
Полицейский участок района, в котором жило семейство Павлинс, был небольшим и уютным. Преступлений в этой части города происходило немного, и его камеры обычно пустовали. Изредка в них селились надоевшие лавочникам бродяги, да пьянчуги, забывшие собственный адрес. Но Рэй не мог этого знать. Его наполняло чувство торжества и пьянящей справедливости. Уж полицейские должны были во всем разобраться. Они позвонят родителям, те явятся за ним и отведут домой.
Больше всего молодой Павлинс хотел вернуться домой.
За аккуратным столом в углу сидел худой юноша, усыпанный веснушками. Чертами и выражением лица он отдаленно походил на констебля, который привел Рэя.
— Привет, Джей,— бросил констебль.
— А это еще кто? — поинтересовался щуплый Джей. Он отложил утреннюю газету и без любопытства уставился на юношу. Его мутные глаза с обвислыми веками напомнили Рэю соседского спаниеля.
— Досаждал Павлинсам. Ломился в их дверь.
— Я — Рэймонд Павлинс, и это был мой дом,— упрямо повторил Рэй, но Джей и рыжий констебль не обратили на его слова ни малейшего внимания.