Кристиан Фэй

«Крестная фея имеет право уволиться самостоятельно»

Лучи утреннего солнца пробивались из-за пыльных штор. Падая на гладкую поверхность зеркала, они вспыхивали пятнами, отбрасывая блики прямо в глаз.

Кристиан Фэй вздрогнул и невольно зажмурился. Затем сделал шаг назад, в сумрак комнаты, и снял со спинки стула новую шелковую рубашку. Белоснежная ткань оттеняла его ровную смуглую кожу, приятно холодила тело.

Через два часа Кристиану предстояло чрезвычайно важное свидание. Встреча с девушкой, которую он ждал всю свою жизнь.

***

Пять месяцев тому назад на улицах Петрополиса царила зима. По каменным улицам проносились экипажи, редкие прохожие семенили, торопясь скрыться от бури, огни витрин тускнели и терялись в холодном снежном месиве. К этим-то огням и выскочила невысокая хрупкая девушка. Зябко пряча пальцы в кроличьей муфте, она огляделась по сторонам. Порывы ветра лепили узкие юбки ее платья к ногам и сдували капюшон, отчего девушке постоянно приходилось его подхватывать и водворять на место. Сморщив аккуратный, покрасневший от холода носик, она глянула сначала в одну сторону улицы, потом в другую. Но видно не было ни зги, ничего, кроме искрящихся клубов снежной пыли.

Девушка — а звали ее Ева — прошла пару шагов, увязла по щиколотку, попробовала перейти дорогу и едва не потеряла равновесие. Так она и стояла, покачиваясь, словно нелепая кукла, и беспомощно водила глазами по сторонам, когда из снежного облака вынырнул сверкающий начищенными крыльями и золочеными ручками самодвижущийся экипаж. Такого Ева еще не видела: крытый, похожий на стеклянную шкатулку. Большие окна дребезжали на ветру, и в какое-то мгновение ей показалось, что они вот-вот разлетятся на осколки, заполнив уютный салон.

Автомобиль затормозил и остановился в шаге от сугроба, в который медленно превращалась Ева. Дверь гостеприимно откинулась на петлях. Немного помедлив, Ева заглянула в открывшийся проем. Из бархатной глубины салона ей улыбнулся симпатичный молодой человек. Смуглый, в чистой рубашке, с ровными белыми зубами и темными волосами, собранными в короткий хвост.

— Куда направляетесь? – скорее угадала она по движению его губ и почти прокричала, стараясь перекрыть шум ветра:

— Мне на Кипарисовый проспект!

Юноша кивнул, еще раз сверкнув зубами в улыбке, и Ева залезла в машину, едва не запутавшись в юбках. Дверь лязгнула, закрывшись; вой ветра стих, отрезанный хлипкой стеклянной стеной.

Отъехав от обочины, автомобиль заурчал и медленно набрал скорость, подпрыгивая и чихая. Еще никогда Ева не ездила на самодвижущихся монстрах и теперь растерянно гладила бордовую ткань выпуклых сидений.

Молодой человек покосился на неё в зеркало заднего вида.

— Машина еле едет, столько снега намело. Что заставило вас оказаться на улице в такую непогоду?

Ева вскинула голову, едва не сломав поля шляпки о крышу салона.

— Простите?

— Направляетесь домой?— повторил парень. Ева кивнула и уставилась на крупные хлопья снега за окном. — Семья, должно быть, уже заждалась вас к ужину?

— Тетушка. Только тетушка.

— Неужели? Я был уверен, что такая красавица, как вы, давно замужем.

— К сожалению, молодые господа не желают жениться на аристократках без гроша за душой.

Сказав это, она надеялась, что собеседник наконец умолкнет и даст ей собраться с мыслями. Но этот водитель был явно не из их числа.

— Я с вас денег не возьму, — бросил он через плечо, и щеки Евы зарделись от стыда и гнева. Она поправила перчатку, скрывавшую с дюжину нывших мозолей, и вновь уставилась в окно.

Вскоре машина остановилась на Кипарисовом проспекте, перед старым особняком, над входом которого неистово мерцал фонарь. Водитель распахнул дверь, и Ева ступила в снег, с трудом вытащив мокрые юбки платья из машины. Она подняла взгляд на юношу, учтиво протянувшего ей руку, и произнесла:

— Знаете, я бы сама на себе не женилась, будь я мужчиной.

Признание вырвалось неожиданно даже для самой Евы. Глупое, к чему вдруг? Но то была правда, чистая правда.

***

Три шейных платка лежали в ожидании на кровати. Время от времени Кристиан хватал один из них и прикладывал к вороту рубашки, косясь на отражение в зеркале. Затем бросал платок обратно и хватал следующий, с которым проделывал ту же операцию.

После долгих мучений он остановился на зеленом. Зеленый был её любимым цветом.

***

— Маленькая блондинка с окраины города?..

На пару мгновений Арчибальд Эфесский задумался, но почти сразу его лоб безмятежно разгладился.

— Да знаешь, сколько у меня таких? — Он расслабленно откинулся на спинку стула и хлебнул ещё вина. — За всеми всё равно не усмотришь. Я раньше работал до потери пульса, приходил домой в первом часу ночи. А потом понял, что работа работой, а своя жизнь у меня быть должна. И напрягаться и пахать до последнего не стоит. Работа не волк, как говорится…

Кристиан вгляделся в его не отягощенное проблемами лицо с блестящими небесно-голубыми глазами и завитками рыжих волос, падавших на лоб. Затем перевел взгляд на животик, натягивавший жилет, и сложенные поверх него наманикюренные ручки.

— Может, ты всё-таки вспомнишь? По-моему, у неё дела идут не очень, надо помочь…

— Дружище, у них у всех дела идут не очень. Кому-то не везет с мужиками, кому-то с работой, с умом, расположением дома, луны и звезд в личном гороскопе, кому-то со всем сразу, — Арчи широко улыбнулся, встал и, перегнувшись через стол, хлопнул Фэя по плечу. — Не переживай. Такие проблемы — это не конец света. Взрослые девочки должны учиться справляться со своими проблемами сами.