Страница 20 из 138
Перед ним стоял огромный дракон.
— А, это ты, — выдохнул Дик, садясь на постель. Меч лежал у него на коленях.
Дракон сделал шаг вперед, заинтересованно глядя на меч.
— Можно посмотреть? — спросил он голосом Лорина, но более гулким, будто юноша говорил внутри пустой железной бочки.
— Только из моих рук, — Дик поднял Тореллинг и поиграл им перед мордой дракона.
В глазах Лорина отразились странные огоньки. Не отблески меча, скорее язычки красного пламени. Сбоку перед входом в пещеру был сложен очаг, но огня не разводили. Было ещё достаточно тепло и не полностью стемнело. Лязг зубов в дюйме от его правого запястья заставил Дика возмутиться:
— Эй, что за шутки?!
Взмах меча треснул дракона по носу. Лорин взревел и продолжал наступать.
— Извини, сам виноват, — Дику пришлось вскочить на постель в сапогах, что было не слишком вежливо. Но дракон наступал, деваться было некуда.
Дик пытался проскользнуть мимо, в сторону стола, Лорин хотел оттеснить его в угол. Дику снова пришлось пустить в ход меч и пересчитать белые, похожие на бивни, рога на медной морде. Лорин мотнул головой, Дик проскочил к столу, а на то место, где рыцарь только что стоял, прижавшись к стене, обрушился водопад огня. Искры посыпались на шкуры, камышовые подушки стали дымиться.
— Мне не нравятся подобные игры, — заметил Дик. — Если сейчас же не превратишься обратно, пойму это как настоящий вызов.
Дракон увидел, что промахнулся и кинулся на своего гостя снова. Но теперь к фонтану огня добавились передние лапы с длинными когтями, похожими на короткие сабли. Судя по звону и скрежету о лезвие меча, они действительно были стальными. Дик запрыгнул на стол и теперь отбивался всерьез, но нападать не решался. Он считал, что у Лорина временное помрачение рассудка, что это какой-то приступ, и юноша-дракон сам не понимает, что делает. А он сейчас делал всё, чтобы схватить Дика зубами или когтями.
Снаружи гремел гром, сверкали молнии, а двое недавних собеседников, мирно разделивших трапезу, дрались насмерть в пещере. Наконец, чувствуя, что отступать некуда, ещё чуть-чуть и он свалится со стола, тогда дракон снова сможет загнать его в угол, Дик наотмашь рубанул Лорина мечом по груди. Чешуя с треском отразила удар, от лезвия Тореллинга посыпались искры. С тем же успехом можно было рубить по стенам пещеры или по медному щиту. Коготь дракона разодрал на рыцаре куртку от плеча до локтя. Дику показалось, что стальное лезвие прошло до кости. Проверять не было возможности, он удобнее перехватил рукоять меча двумя руками и ткнул лезвием в правую сторону драконьей груди, стараясь попасть между чешуек.
Меч провалился глубоко. Из груди Лорина вырвался жалобный человеческий стон. Дик испуганно дернул клинок обратно.
Дракон исчез. На полу пещеры скорчился человек, прижимая руку к почти сквозной ране ниже правой ключицы. Дик прошел по столу и остановился на краю. Мельком бросив взгляд на свой меч, Дик заметил, что лезвие, обычно светящееся в полумраке, наполовину черное. В темноте нельзя было даже рассмотреть какого цвета кровь на клинке.
— Что это такое было? — сурово спросил Дик, глядя на Лорина с высоты.
— Пощади! — жалобно взмолился дракон. — Это не моя вина. Я проклят и приговорен завлекать всех прохожих в эту пещеру и пожирать их. Но я не хотел убивать тебя. Я собой не владею!..
— Поклянись.
— Чем угодно! — пылко заверил Лорин, пытаясь подняться с колен.
— Жизнью.
— Помоги мне…
Дик помедлил секунду, собираясь прыгнуть со стола. Но удержался на самом краю:
— Сначала клятва!
Лорин зарычал и поднялся сам. Он стал, вроде бы, выше ростом, хотя остался человеком. Но это был уже не тот милый юноша. Это был рыцарь в черном плаще, в тонкой кольчуге и медном нагруднике. В руках, скрытых в темных перчатках, он держал меч в полтора раза длинней Тореллинга. Дик успел убрать ногу, чтобы ее не перерубило мечом, но для этого пришлось спрыгнуть на пол. Они оказались с Лорином лицом к лицу, и Дик видел, что прежде бледное лицо юноши стало очень темным, а в глазах горел зловещий огонь.
Драться с человеком, тоже вооруженным мечом, было намного привычнее. Дик легко уклонялся от его атак и, улучив момент, выбил меч, разрезав заодно и перчатку. Лорин снова ахнул и броня облетела с него, как шелуха. Он стоял перед Диком безоружный и очень расстроенный.
— Видишь, опять… — пожаловался он. — Это очень тяжкое проклятье. Лучше мне умереть. Убей меня, Дик. Убей сейчас, пока я не успел ничего натворить как дракон!
— Не могу ударить безоружного, — ответил Дик, но не опустил меч. Отвел лезвие в сторону, но держал оружие наготове.
Лорин стоял перед ним, беззащитно открывшись. Левую ладонь он прижимал к раненому плечу. С его правой ладони капала кровь. Дик готов был бросить оружие и оказать юноше помощь в перевязке ран. Ему было очень жаль молодого дракона. Дик медленно, шаг за шагом подходил ближе, не отводя взгляда от лица своего нового приятеля и гостеприимного хозяина. В ясных глазах Лорина блестели слезы. На лице было написано искреннее раскаяние. Но при очередной вспышке молнии, Дик разглядел в глубине его глаз знакомое беспощадное пламя.