Страница 4 из 10
—Тьфу, Бобик, — Носов брезгливо сплюнул и вытер губы рукавом.
Бобик, услышав голос хозяина, сделав круг вокруг него, лег на живот и стал подползать.
—Уймись, мне не до тебя.
Тяжелая ноша скорой предстоящей беды опять навалилась на него.
Он сел на ступеньки крыльца, уронил голову на руки, а Бобик, оскорбившись внезапным равнодушием хозяина, стал лаять. Носов не заметил, как открылась дверь, как жена шагнула к нему и, став на колени, обняла. Она почувствовала, как напряглось его сильное тело, поняла его состояние по-женски.
—Истосковался весь. Я тоже не могу уснуть, мне очень хотелось к тебе. Слава Богу, ты пришёл.
Его душа взорвалась радостью, она переполняла его, вытесняя глупые обвинения, сомнения и жгучую боль….
—Лёша, идем в дом, идем!
Катя потянула мужа к двери, но вдруг ослабила свое усилие, её остановила жесткая догадка, которая заставила задать вопрос:
—Леша, ты почему сразу не вошёл в дом, почему сидел на порожках, как неприкаянный?
Вопрос застал его врасплох, он попытался найти ответ, но пауза затянулась.
—Ты поверил сплетням и пришёл проверять? Так?
Он утвердительно кивнул.
—Боялся войти? Да?
Он не стал ей отвечать, поднял на руки, внес в дом, но она энергично запротестовала и соскользнула на пол.
—В чем дело? — опешил Носов.
—Да ты пропитан керосином, идем купаться. Носов закрутил недовольно головой, но он была неумолима.
—Идем! Мой руки, садись, ешь, а я согрею воду.
Носов сидел в корыте с высокими краями, а она намыливала его голову, что-то ласково говорила.
Не было еще в их совместной жизни такой ночи, которая была наполнена до краёв любовью и страстью….
Утреннее солнце уже поднялось над крышами домов, в хлеву мычала не доеная корова. Тревожный стук в дверь разбудил чету Носовых. Катерина проворно вскочила, взглянув в окно закричала:
—Лёша, день на дворе! — распахнув дверь, она увидела встревоженную соседку – жену Никиты Басова, Валентину.
—Ты еще спишь, — а я уже подумала, не случилось ли чего, корова ревет не доеная и на пастбище уже давно пора….
—Ой, спасибо, что разбудила, проспала.
Соседка уже сказала всё, но не спешила уходить, ее распирало любопытство, с кем же Катерина проспала утро.
Носова попыталась закрыть дверь, но Басова подалась вперед.
—Ой, Катя, кто у тебя?
—Нет никого, с чего ты взяла, что у меня может кто-то быть?
Валентина не успела ответить, как послышался голос мужа:
tзаканчивай, собери тормозок*, мне бежать давно пора. (Тормозок – сумка с продуктами).
Лицо Басовой исказилось от удивления, она явно предполагала, что у Катерины в доме любовник.
—Что думала у меня любовник? Какая бы была для тебя удача?
Валентина пыталась что-то придумать в оправдание, но ничего не находила, тогда она перешла в наступление.
—А почему муженёк о твой бочок трется, жене ласки дарит, а мой там, в поле на соломе, без жены страдает?
—Приболел он.
Хорошо болел, что позабыли про всё не свете! Ему можно, он же бригадир!
—Что ты раскудахталась, пришел за инструментом….
Басова хохотала Носовой в лицо:
—Вот потеха будет, когда бабы узнают, что твой муж оставляет для тебя инструмент….
Басова ушла, а Носов грустно подумал о том, что за последние сутки, сложилось сложное положение с соседями.
***
tвернулся к своей бригаде в аккурат к обеду. Звенели как всегда алюминиевые миски и ложки. Радостные возгласы и вопросы о житие-бытие в селе встретили бригадира. Он улыбался, отшучивался, что стало верным знаком хорошего исхода его мучительных сомнений.
По окончанию обеда, Изотов подошел к другу и укоризненно сказал:
—Видишь, как слушать бабские сплетни?
—В худшее почему-то вериться скорее…, — помолчав, отметил, — вижу, что трактор Никиты Басова на приколе, а это значит, что он работает на моем.
—Ты прав, пришлось отдать трактор ему, чтобы кипишь не поднимал, а то разнесет весть о том, что тебя нет на работе со всеми отсюда вытекающими последствиями.
—Ты заговорил, как наш партийный деятель, — затем усмехнулся и добавил, — за него это сделает его жена, она видела меня в поселке.
tтеперь делать? Не оставлять же НАТИк* этому оболтусу? — возмутился Изотов. (НАТИ – марка трактора)