Страница 17 из 53
Например, Носов отсутствовал на работе более четырех часов, поэтому он судится не за опоздание, а за прогул. Теперь всё понятно?
—Понятно, — ответил чей-то голос.
—Начнем. Обвиняемый Носов, займите свое место на скамье подсудимых.
Носов поднялся на сцену и сел на скамью, предусмотренную в ходе подготовки к суду.
В соответствии с Указом Президиума Верховного совета СССР рассматривается дело гражданина Носова Алексея Михайловича совершившего прогул.
Начнем с допроса обвиняемого. Носов встаньте. Расскажите суду, что побудило вас совершить прогул? В ваших интересах говорить суду правду.
Носов молчал, то ли от волнения, то ли не знал с чего начать.
—Смелее, гражданин Носов, смелее, — подбодрил его судья.
—Все чаще мне стали говорить, что моя жена Катерина гуляет. Вот я и решил смотаться домой, проверить. Я думал, что к утру успею.
Зал заметно заволновался, но судья постучал ручкой по графину, шум стих.
—Говорите, что было потом? — обратился судья к Носову.
—Пришел домой, жена дома, оказалось все брехней.
Зал опять зашумел, и судье пришлось его успокаивать.
—Говорите, говорите….
—Пока помылся, поел, сами понимаете, долго не был дома…. Радость, успокоения души, усталость, теплая постель и бессонная ночь…, — Носов смущенно замолчал, несколько мгновений боролся с волнением, наконец, выпалил, — проспал я до обеда.
—Носов, у меня есть основания подозревать, что прогул вы совершили преднамеренно, — судья попытался поймать подсудимого во лжи.
—Ничего я не планировал, моя голова была забита другим….
—Если вы ничего не планировали, то зачем дали распоряжение Изотову на время отсутствия отдать ваш трактор Басову?
—Я думал, что успею вернуться к утру, но на всякий случай дал такое распоряжение.
—У меня другие сведения. Вы отдали трактор Басову с той целью, чтобы он никому не рассказал о вашем прогуле.
—Я отдал трактор только для того, чтобы он не простаивал.
—В бригаде Басов не самый лучший работник. Почему не передали трактор лучшему трактористу.
Носов помнил, что не говорил Изотову, чтобы он передал трактор Басову. Он некоторое время раздумывал, говорить об этом или нет. В конце концов решил не втягивать в это разбирательство Изотова. К тому же это будет подсказкой Изотову, будет знать, что говорить.
—Я решил заинтересовать Басова, чтобы он стал лучше работать, чтобы стремился, скорее получить новый трактор.
—Что еще можете пояснить по этому делу?
—Больше ничего, кроме того, что когда вернулся, я сделал свою норму пахоты, даже больше.
Свидетели ничего нового суду не рассказали. Они просили освободить Носова. Судья спросил у зала:
—Кто из зала может что-то сказать по существу?
Несколько выкриков прозвучало из зала:
—Хороший он рабочий и мужик тоже, простите его.
—Это Никита накапал, напрасно дали ему трактор.
Когда возгласы утихли, судья спросил:
—Не надо кричать из зала, выходите и говорите, чтобы вас видели.
На сцену стал подниматься директор конного завода Дронов. В зале наступила тишина, было слышно, как скрипели ступеньки под грузным телом генерала. Форма, генеральские нашивки приковывали взгляды, все напряженно ждали слов своего руководителя.
—Я прошу Народный суд, в лице судьи и народных заседателей, не применять очень строгие меры воздействия по отношению к Носову. Он прекрасный бригадир, отличный работник. Это он доказал отношением к работе. Его бригада всегда перевыполняла производственные задания, что подтверждено правительственной наградой. Ему в прошлом году была вручена медаль. «За освоение целинных и залежных земель».
Дронов, переводя дух, на несколько секунд умолк, но тут же продолжил:
—Неправильно это будет, если за единственный проступок будет осужден заслуженный работник и очень хороший человек. Он должен трудиться на благо нашей страны. Как учит нас товарищ Сталин, мы должны бережно относиться к передовикам производства. Я очень надеюсь, что суд учтет заслуги Носова и определит ему наименьшее наказание.
Больше никто не захотел говорить и суд, посовещавшись на месте, огласил решение.
—…..Рассмотрев дело гражданина Носова Алексея Михайловича, суд признал его виновным и, с учетом отличной характеристики и его награждения медалью, назначил ему наказание в виде принудительных работ по месту жительства сроком на два месяца, с вычетом двадцати пяти процентов из его заработной платы в пользу государства.