Привести в исполнение

—За что-о мы кровь проливали? – сипел от злости Василь Степанов, которому

оторвало снарядом руку.

—Я ногу потерял для того, чтобы эта сволочь таскалась по вдовушкам да ублажала Дашку Пятихатку?— вторил ему безногий.

—Ничего отольются кошке мышкины слезы, — грозился незнакомый человек, – ох, отольются!

—Что-то твоя кошка задерживается!

—Не переживай, скоро будет.

—Какая кошка? Стал заводиться однорукий.

—А такая….

Незнакомец стал рассказывать, что есть такая партия, которая за мужиков. Она войну остановит, царя скинет и даст им, хлеборобам землю, семена и все что необходимо.

Посмеивались мужики, не верили, мол, придумал тоже. Где взять, к примеру, столько косилок, чтобы каждому нуждающемуся дать. Не верили, но слушали внимательно,

переспрашивали. Кивали в знак согласия, смотрели с уважением. Но точило их

сомнение в правдивости слов его, не солдат он.

—Ты кто таков, все про все знаешь? — мужики внимательно смотрели на незнакомца, — почему не на фронте?

—Семен Корякин – рабочий. Приехал к вам на место жительства. Работаю в

мастерских. Скажем, сломается косилка или еще что, милости прошу ко мне.

— Ты здесь нам зубы не заговаривай, почему не на войне? — недавние солдаты все плотнее подступали к Семену, дыша ему в лицо перегаром.

—Охолоньте, ей Богу, списан, под чистую, чахотка у меня.

—А с виду не скажешь! Растерянно отступали мужики.

—Приходите в мастерские, потолкуем.

Еще год назад плотный монолит крестьянского сознания не поддавался, никакой агитации, сейчас походил на хорошо вспаханную, удобренную ниву, которая вскоре даст нужные всходы.

 

***

 

входят необстрелянные солдаты, робея перед большим количеством офицеров,

которые пристально разглядывали их. От этого новобранцы чрезмерно громко

выкрикивают заученные слова:

«Так точно! Ваше благородие! Никак нет! Рад стараться!»

Карп Курилов спросил у вышедшего из штаба, с красным лицом солдата.

—Ну что там? О чем говорят?

—Хвицерья богато! Та уси блыскучи.

—Куда попал? В какую роту?

Обступили его те солдаты, которые уже знали свои назначения и кучковались по

номерам рот.

Карпо вошел последним. Офицеры все чаще посматривали на часы. Им уже надоела эта процедура, хотелось курить.

Командир полка, заглянув в бумажку с данными Карпо, отпустил скучающих

офицеров.

—Такс, такс, говоришь, ты Курилов, такс, такс.

Полковник углубился в чтение сопровождающего документа.

– Здесь сказано, что ты неблагонадежный, что за тобой надо присматривать. Что опять революцией грозится народ?

Карп молчал, слушая рассуждения командира полка.

—Что же ты молчишь, революционер? Я тебя спрашиваю?

—О революции говорить пока рано, но в народе растет недовольство войной. Народ оторвали от семей, от земли и станков. Обезлюдела страна. В селах остались только бабы, да сыночки богатых дармоедов.

—Зачем, Вы, так? — полковник почему-то назвал Карпа на Вы, – я тоже не из бедной семьи, но как видите, на фронте.

—Тогда ответьте мне откровенно. За что мы воюем, находясь в Австрии? Почему

русский солдат защищает чужую землю, а тысячи и тысячи семей остались без

кормильца. Солдату не оставляют выбора. Он возьмет власть в свои руки.

—В ваших словах есть резон, но, но, — полковник запутался в своих мыслях.

Он знал, что среди офицеров ходят слухи о грязной связи императрицы и сибирского мужика. В армии нет единства среди высшего командования. Там много паркетных

генералов, которые пороха не нюхали. Солдаты месяцами не вылезают из окопов, вшей кормят. Не хватает пушек, а если есть пушки, то из-за путаницы и отсутствия связи

снаряды привозят не туда или с огромным опозданием. Русский солдат гибнет

сотнями.

—Господин полковник,— напомнил о себе Курилов.

—Ах, да, – с некоторым испугом отозвался Егоров,— извините, задумался. Тэкс, тэкс. Что же мне с Вами делать? Оставлю я Вас при штабе вестовым. На глазах будете. Здесь не помитингуешь. Что умеешь делать?

—Пахать, сеять, косить.

—Это понятно. Стреляешь как?

—На учениях все мишени попал. Иди к начальнику штаба, он определит тебя.

Полк после марша занял участок обороны. Метрах в двухстах траншеи немцев, ряды колючей проволоки разделяли войска. Немецкие части хорошо укрепили позиции. На нейтральной полосе простреливался каждый метр пространства. Дни похожи как

новорожденные цыплята. В один из весенних дней был убит урядник, который с

помощью бинокля непрерывно вел наблюдение за противником. Сменить его на эту минуту было неким.

—Курилов поди-ка сюда, — подозвал Карпа начальник штаба.

С этой штукой знаком? — он указал на бинокль.

—Видел, знаю для чего, но ничего с ним делать не умею.

—Это не сложно.

Теперь Карп ночами маскировался, чтобы весь день, до темноты, наблюдать за

траншеями противника. Сначала это занятие показалось ему скучным, но потом,

когда он стал вглядываться в окуляры и находить новые огневые точки, увлекся. Все