Страница 33 из 122
Так что нельзя было позволить сельчанам заметить Диона раньше времени. Это могло стать источником серьёзных неприятностей сначала для неё, а потом и для деревенских.
Так что стоило на тропе внизу кому-нибудь появиться, как Диона приходилось с боем заталкивать в отведённую ему комнату и запирать там.
Почему запирать? Потому что принцу всё это страшно не нравилось. Он не привык прятаться и считал это унизительным. В первый день он согласился, потому что любопытство оказалось сильнее гордости, но уже к концу второго ему надоело. Это Ниса умудрилась своей наглостью и подлостью привлечь его внимание, да и то только потому, что мальчишка был уверен: как раз такими гадостями ведьмы и занимаются.
Но как только Дион убедился в том, что деятельность Эли в основном сводится к врачеванию и созданию полезных в хозяйстве амулетов, подслушивание потеряло в его глазах весь интерес. Сидеть же под замком неизвестно почему он не желал и Эли приходилось не только запирать дверь, но и накладывать на неё заклятие неслышимости.
Она попыталась приставить парня к работе. Принц он там или не принц, но пользу приносить должен, раз уж живёт в её доме на всём готовом.
Она объяснила ему это сразу, как привела, и он даже не стал спорить. Трудности начались потом.
Дион действительно не умел делать ничего полезного, а главное не собирался учиться. Поначалу, правда, заинтересовался, попробовал, но хватило его ненадолго. После первой же мозоли последовал взрыв возмущения: принцы не рубят дрова и мыть посуду им тоже не пристало! Если Элидии так нужно, пусть наймёт кого-нибудь. Когда она вернёт его отцу, тот возместит ей все расходы и даст хорошее вознаграждение!
Эли попыталась объяснить, что никто чужой им тут не нужен, а работа не такая уж трудная. Она бы справилась, если бы зимовала одна. Но чтобы обслужить двоих и работать нужно за двоих, а этого даже ведьма не потянет.
Если бы она хотела кого-то нанять, то ничего бы не вышло. Никто в деревне не пойдёт работать к ведьме, да она этого и не допустит. Никто не должен знать, что он тут живёт. Кажется, она ему уже об этом толковала.
Разозлённый Дион кинул топор и рукавицы ей под ноги и заорал, что он ни за какие коврижки не станет ради неё корячиться. Пусть его Нанария далеко, но он принц, а она всего-навсего деревенская ведьма! Да у них в Нанарии таких казнят!
И тут Эли не выдержала: мокрой тряпкой, которой стирала со стола, со всей дури залепила ему по физиономии.
Юноша взвизгнул и отшатнулся: мокрая ткань оставила на гладкой как спелое яблоко щеке ярко-красный отпечаток.
- Я не знаю, что там у вас в Нанарии, - прошипела Элидия, - а у нас тут таких белоручек секут розгами, пока не вложат ума в задние ворота. Если очень хочешь ещё хоть разок полюбоваться на папашу с мамашей, веди себя не как моральный урод. А то я раздумаю отводить тебя домой.
- Да?! - воскликнул оскорблённый принц, - И что же ты мне сделаешь?
- На опыты пущу, - спокойно и презрительно произнесла ведьма, - Как-то до сих пор я не практиковалась в магии крови, но теперь, чую, у меня есть шанс получить опыт.
- Ты не посмеешь!
В голосе Диона не слышно было убеждённости и Эли почувствовала, что надо ещё чуть-чуть надавить.
- Ты так в этом уверен? А вот я на твоём месте задумалась бы.
Тут парень наконец сломался.
- Что ты от меня хочешь?
Эли хищно улыбнулась:
- Бери топор и давай займись дровами. И вообще: либо мы с тобой по честному делим всю работу, либо я отказываюсь тебя кормить. Пусть дракон о тебе заботится, раз уж приволок.
Но принц никак не хотел сдаваться и все кобенился.
- Мне опять придётся прятаться, когда к тебе придут люди из деревни?
Сказать, что нет? Эли не собиралась ему врать. Но было обстоятельство, которое, по её мнению, могло примирить Диона с неизбежностью.
- Придётся, не спорю. Но не переживай: завтра последний теплый день, поэтому посетителей будет много, а вот уже послезавтра начнутся дожди и люди перестанут сюда ходить. Разве что по крайней нужде.
Вот тут она его неожиданно испугала:
- Ты хочешь сказать. что мы тут с тобой будем совсем одни?
- Примерно так.
- А долго?
Элидия завела глаза к потолку, прикидывая.
- Тринадцать декад. Конец осени, зиму и начало весны.
Эти простые слова вызвали у парня шок. Оказывается, до сих пор Дион не понимал, в какой каше оказался. Видимо, ему казалось, что они пересидят тут декаду-другую, а затем отправятся в его родную Нанарию. Чётко названный срок прояснил ему ситуацию. Вместо того, чтобы взять топор и идти работать, юноша рухнул на пол и зашёлся в беззвучном плаче.