Страница 15 из 59
Глава 3
Стас и Вера
- Тебе еще плеснуть? - Стас поднес бутылку к бокалу жены.
- Давай, - охотно согласилась Вера.
Оставшаяся с осени бутылка не самого дорогого Божоле должна быть выпита уже давно, но как-то затерялась на винной полочке в кладовке и только сейчас извлечена на свет. На бутылке тонкий седой налет, и плевать, что это обычная пыль, живущая в московской квартире, а не прах благородных частиц, осыпающихся со старых потолков винного погреба в Бургундии, где хранится какой-нибудь Домэн Жан-Жак "КакЕгоТам".
И само Божоле совсем не похоже на это самое Домэн, а напоминает кисленький компот. Но его приятно пить, потому что именно сегодня все кажется правильным.
Вере нравились тихие вечера дома, когда и ужин удается, и у мужа хорошее настроение, и сын угомонится вовремя. Сегодня один из таких вечеров. А еще на улице наконец-то настоящая весна, снег растаял, и солнце днем пригревало так, что приникало сквозь кожу, оживляя душу ласковым теплом.
На кухне жарковато от долго работавшей плиты и духовки. В приоткрытое окно залетал ветер, напоенный волнующей свежестью и тревожными противоречиями. Так бывает, когда на периферии бытия, там, где проходит смена времен года, еще слышно недовольное ворчание зимы, а весенний дурман уже ударил в голову и заглушает этот ропот.
И кажется - всё, пережили. Зиму, голод, войну - не имеет значения.
Главное, теперь что-то изменится, пойдет чуть иначе, возьмет разгон и помчит по накатанной. А остановится там, где и когда захочется нам.
И эта обманка ударяет в голову вместе с жиденьким хмельком от дешевого вина.
Что-то мелькало на экране небольшого плоского телевизора, закрепленного на стене над столом, но никто на него не смотрел.
Под внимательным взглядом мужа Вера дожевала дольку помидора, подцепила кусочек стейка, поднесла ко рту. Мясо сочное, мягкое, жуется легко, глотается с удовольствием. Глоток вина довершил простое и доступное кулинарное наслаждение приятным штрихом.
Стас наблюдал за женой, особенно пристально глядя на губы, влажные и яркие, орошенные вином.
- Я сегодня сдала два объемных перевода, - сказала Вера. - Оба раньше срока.
- Твой многоязыкий Янус, конечно, в дичайшем восторге, - иронично заметил Стас. - Сразу тебе премия в размере пяти окладов и гора поощрительных бонусов.
"Многоязыкий Янус" это практически официальная кличка директора бюро переводов, в котором работает Вера. На самом деле его зовут Ян Андреевич и по неподтвержденным никем, в том числе и им самим, слухам он знал шесть языков.
- Да никаких премий и бонусов, зато оплата за работу случилась сразу, - сдержано улыбнувшись, отозвалась Вера.
Стас глубоко вздохнул, медленно жуя кусок мяса и опуская к тарелке внезапно помрачневший взгляд.
- Ну, главное ты довольна. И это хорошо, - произнес он. - Но я все равно не въезжаю, ради чего ты такое рвение проявляешь. Целыми днями сидишь за компьютером, скоро очки придется носить постоянно.
Он посмотрел на жену.
- У тебя вон, глаза все время красные, - ворчливо добавил Стас. - Сбавь обороты, отличница. В твоей конторе только ты так стараешься.
- Угу. Стараюсь. Расту над собой. Выхожу на новые горизонты, - пробормотала Вера, пожалев, что поделилась с мужем кусочком профессионального успеха, но тут же добавила. - Меня пригласили на мероприятие в один солидный институт в качестве аккредитованного переводчика.
Стас шумно проглотил кусок плохо прожеванного мяса, приправленный иронией в тоне жены, поморщился, сделал большой глоток вина из бокала.
- С чего вдруг такое предложение поступило? - спросил он. - От кого? Ты же не хотела заниматься устными переводами.
- Это хорошее предложение и возможность попрактиковаться в живой устной речи непосредственно с носителями языка, - Вера коротко пожала плечами, стараясь сохранять невозмутимый вид.
Взгляд Стаса потяжелел, у рта образовались жесткие складки.
Пытаясь уйти из зоны действия помех, которые отчетливо стали исходить от мужа, меняя картину его благодушного настроя, Вера поднялась и стала убирать со стола.
- Я вчера ездила к профессору консультанту, которого Олег с Наташкой мне нашли, - говорила она. - Он мне и предложил поучаствовать в мероприятии в их НИИ. На следующей неделе в пятницу. Там будет куча их партнеров из Перу, переводчиков не хватает. Я вот подвернулась удачно.
- Хорошо сказала - подвернулась, - отозвался муж голосом Робокопа. - И ты уже согласилась?
- Не-а, пока еще не дала окончательный ответ.
- И от чего он будет зависеть, твой ответ? - Стас отодвинулся от стола, сел, отклонившись назад и закинув руку за спинку стула. - Если предложение действительно стоящее, так еще и профессиональной пользы вагон, так чего тут долго думать - дерзай.
Вера не смотрела на мужа, укладывая тарелки в посудомойку и убирая остатки салата в холодильник. Закончив, взяла свой бокал с недопитым вином и встала у раковины. Отпила кисловатую жидкость, глядя на мужа поверх кромки бокала, будто прячась за хрупким стеклом.
Стас недоволен, и Вера знала, что так будет. Любые телодвижения жены, пытавшейся разнообразить область своих интересов, погружали его в состояние глубокого анализа, в процессе которого он мучительно пытался понять причины ее стремлений.
Ей чего-то не хватает? Она мало загружена? Заскучала? Или, как он выражался, просто "поперла в дурь"?
Он предпочитал все контролировать настолько, чтобы не задаваться лишними вопросами хотя бы о том, что окружало его в непосредственной близости. Жена и дети должны быть понятны, даже предсказуемы. Он отвечает за них, и удовлетворять их потребности - только его задача. А чтобы это делать достойно, он должен их потребности знать досконально. Так же, как и природу их происхождения.