Страница 67 из 241
«…если не удастся скрыть Слезу Звезды, этот мир погибнет также как и родина, разница лишь с том, что она сгинула в огне и смерче …»
Значило ли это, что Богиня все знает, поэтому и насылает непогоду и следит за происходящим точно праздный зритель с какой-нибудь площади, где танцуют балаганщики? Сотэми́кс никогда не уточняла, боясь услышать истину, но в душе крепла уверенность - Единая не так уж безутешна от потери кристалла.
«Ведь знает, где он! Отчего бы Ей не забрать свое?... Зачем вообще, давала!? Если только, … если только Богиня решила снова поиграть с нами?»
- Несправедливо!
Сотэми́кс едва ли не металась по каюте, в голове хаотично крутились мысли о злой судьбе, о бесконечных материнских мучениях и … о Войсе. Ведь дождь предвещал либо его появление, либо возобновление поисков! Посылая потоки дождя Единая выражала, таким образом, негодование происходящим.
«Можно подумать они все разом утонут в луже!»
Кроме внезапного визита соотечественников мать страшилась появления Войса старшего, если слухи не врали, он скитался по мирам, разыскивая Слезу Звезды.
«Нас ищет не только Ва́ндэрвиль, нас ищут все. … Интересно, кто быстрее?»
Сотэми́кс ставила на бывших соотечественников, им же проще пересечь море и заявиться в храм, но в душе хотелось увидеть Войса, симпатия к нему тлела, питаясь старой фотографией хранимой в тайне от матери. Сотэми́кс выпросила ее у Лорэнэ́йт-Дюва́ля в память о прошлой жизни, которой она не знала.
На пожелтевшей фотографии стояли братья Войс и Дюваль, все трое радостные и веселые на фоне резного портика Пана́сиса. Ва́ндэрвиль-Ойн Войс нравился многим, вот только ему самому, как и младшему Эльродви́лю-Ойну ни до кого не было дела, спор с Единой занимал все помыслы, не оставляя места чувствам.
Печально, что свои же считали братьев почти прокаженными – непокорные бунтари! Ну и что, что все несчастья от их неугомонности! Войс хотели знать больше, и думается, имели на это право. Никто же не обвиняет ребенка в любопытстве, если тот заглядывает за угол дома! Но мать рассказывала, будто братья Войс возомнили себя новыми демиургами, а Богиня, понятное дело воспротивилась.
«Что ей места мало?»
Тряхнув головой Сотэми́кс развернулась и снова пошла через каюту к противоположной стене, она не вникала в подробности конфликта,
«Это не мое дело, только пусть по скорее что-нибудь изменится!»
Она хотела иной жизни, хотела радости, счастья, и мечтала покинуть, наконец, человеческий мир.
- Они хотят меня убить! … Все эти сны! – чуть не плача, Сотэми́кс обхватила голову руками.
Паранойя особенно часто донимала в последнее время, и не мудрено, вот уже пять ночей подряд она боялась уснуть, от усталости мучила дурнота. Но силы не безграничны, стоило закрыть глаза, как накрывал кошмар - стены, пол, алтарь – все залито кровью, ее кровью! И нескончаемое головокружение от страшной высоты и стремительности!
В собственной и материнской безнадежности Сотэми́кс видела вину людей, способных на подлость и коварство. За восемьсот лет удалось хорошо изучить человеческую натуру, и недоверие к людям возрастало чуть ли не ежедневно. В незаметных нишах и убогих кельях храма ни раз, и ни два удавалось услышать разные тайны и гнусные сплетни. Поощряемая матерью, она шпионила за жрецами, послушниками и затворницами-искрами, стараясь предупредить первые признаки опасности разоблачения. С замиранием сердца Сотэми́кс ждала услышать догадки местонахождения кристалла!
Проклятый камень прочно поселился в людских умах на правах легендарного рога изобилия. Бабки рассказывали внукам на ночь небылицы об отважных смельчаках отправившихся на поиски счастья! Тысячи книг и свитков свидетельствовали о неведомых счастливцах видевших Слезу Звезды и обретших несметные богатства!
«Бред! Как можно называть счастьем боль!»
Сотэми́кс поморщилась, стараясь сопоставить с мерзкими человеческими выдумками свои недавние ощущения, жаль посоветоваться не с кем. Тот всплеск трое суток назад!
Корабль вошел в Южный пролив и вдруг, отзвук или эхо некоего удара, словно дрогнула сама реальность. Ничего подобного испытывать раньше не доводилось! Сравнивать было не с чем, рожденная без дара, Сотэмикс взахлеб слушала воспоминания матери или соседа Лорэнэ́йт-Дю́валя, но сама себе ничего представить не могла.
«Колдовство! … Людишки подлые, больше некому! … И этот дождь не просто так, они все продались нашим! Богиня! Что-то случилось с мамочкой, скорее домой!»
Она не догадывалась, насколько близка к истине, виня людей за колдовство! Далеко-далеко в уединенном графстве Да́нри, молодая вдова, авантюристка Нибе́ль Нимо́ подстрекаемая коварным Ликом открыла-таки Врата одного из двух Истинных миров – Вечноти́шья. И у Марисвэ́ль-Уле́йны не осталось иного выхода, как бежать прочь, уводя беду из города, и тем самым торопя события.