Страница 66 из 241
О чем думает в одиночестве восемнадцатилетняя девушка? А кто угадает, что в голове восьмисотлетней девушки? Да, да и в восемьсот, и в тысячу лет молодость еще в расцвете! В большинстве случаев мысли обеих будут совпадать, даже несмотря на то, что у последней груз лет иногда напоминает о себе и уже нередки признаки скуки долголетия. Но это редко, Сотэми́кс-Айнэ́я Ната́й всеми силами гнала недуг, чтобы не следовать примеру вечно угнетенной матери. Мысли к ней возвращались часто, мать спивалась, как Лорэнэ́йт – Дюва́ль, Сотэми́кс вспоминала и бывшего земляка, вот только редко желала ему здоровья.
«Уж лучше бы сдох! Может мать и побоялась бы следовать его примеру c Ведьминым счастьем?»
После того отчаянного шага жизнь превратилась в кошмар, травяные сборы и снадобья помогали мало, зато алкоголь притуплял боль неплохо. Сотэми́кс переживала всей душой, но что-либо изменить не могла. Разделить боль на пару было страшно, да мать и не позволила, разумно полагая, что кто-то из них двоих должен оставаться дееспособным в момент лихорадочного приступа. Но как же тяжело смотреть на страдания близких, неизбежно появляется угнетение, раздражение, а там и до депрессии недалеко. Чтобы дочь не мучилась, мать позволила принимать участие в паломничествах в Храмовой ущелье (в Сина́новых горах), возжигать в храме свечи и петь хвалы на сезонные равноденствия. Помогать людям, тем более жрецам, работа неблагодарная, но Сотэми́кс любила уединенный храм, любила в одиночестве подниматься в Небесный алтарь и в компании ветра тщетно молить Богиню о милосердии, мечтать о переменах.
Процессию жрецов в Сина́новые горы всегда сопровождала охрана юно́лов, нередко под началом Аска́на, молодого и порывистого помощника главы королевской безопасности.
Юно́л ворвался в беспросветную жизнь теплым солнечным вихрем, переворачивая все вверх дном, и радость понемногу начала проникать в колодец отчаяния и страха. Вспоминая хвостатого друга, Сотэми́кс грустно улыбнулась, понимая, какое расстояние еще предстоит одолеть, прежде чем удастся свидится с ним. Сидя в темной каюте, она напряженно ощущала движение галеры и уже не единожды задавалась вопросом – как могла мать отправить ее в такую даль!?
- Посмотреть дорогу! – девушка покачала головой. - Лишний раз убедиться, в глупости задуманного? Так я об этом уже говорила.
Почти месяц тайных горных троп! Больному, сжигаемому лихорадкой и спазмами, ни за что не дойти до пределов Восточной россыпи.
Между прочим, именно Аска́н подтолкнул Марисвэ́ль всерьез задуматься о Башне Страдальца, Единая не глухая и не слепая и в состоянии помочь. Одним словом, сегодняшним незабываемым путешествием Сотэми́кс во многом была обязана ему. Вместо того чтобы присутствовать на представлении в честь дня рождения принцессы Эли́и, она вынуждена умирать от страха. Насмешница судьба точно специально удлинила дорогу, уведя корабль далеко в сторону, и тринадцать долгих дней юно́лы пытались доплыть до Голубой гавани.
Галеры используются преимущественно вблизи берегов, а тут трехдневный шторм! Он изрядно потрепал команду, сменяя друг друга, юно́лы выглядели уставшими. Какое счастье, что именно они на веслах, а не люди! Сотэми́кс уже в сотый раз клялась себе, что не пойдет и не поплывет одна к Башне!
«Чтобы не произошло, не поплыву!»
Океан! Как постичь его простым сознанием!? Безбрежный, лучезарный, таящий в себе смертельную опасность. Девятьсот лет назад, маленький островок родины в этом мире поглотил именно он, кипящий и неистовый.
Сотэми́кс не помнила трагедии, едва родившись, но рассказы матери произвели неизгладимое впечатление, навсегда заронив страх в детскую душу. Как ни старалась переубедить Марисвэ́ль, что все произошло по воле Единой, Сотэми́кс поняла одно - орудием Богини был именно океан! Возле открытой воды ей делалось дурно, и заставить открыто взглянуть на водный простор, девушку могла только жизненная необходимость; живописные озера и те не соблазняли прозрачной зеркальностью и умиротворением.
- Скорей бы вернуться! ... Этот дождь! – девушка невольно прислушивалась к непогоде бушующей снаружи. - Нет, нет, не думать о плохом! Праздники в честь дня рождения Эли́и уже начались… и наверняка, там бродячие балаганщики с куклами и фокусами!
Улыбка быстро увяла, несомненно отсутствие дочери Видящей пути уже обнаружили, на миг представился разгневанный жрец и бледная, страдающая лихорадкой мать. В носу защипало.
«Бедняжка! Как она там? … Наверняка, тоже думает о проклятом дожде»
- Тьфу! Не думать о нем!
Сотэми́кс порывисто поднялась и нервно заходила по каюте, пытаясь заставить себя вспоминать о чем-то приятном, тогда бесконечный ливень, неумолчно шумевший снаружи, легче представлялся капризом запаздывающей весны, а не предвестником масштабной катастрофы!
Трудно сказать, отчего нынешний дождь нагнетал страшные мысли? Разразившееся ненастье, с виду обычное, все же сильно напоминало дни двухсотлетней давности, когда пришлось скрываться от соотечественников. Возможно, виной всему схожесть событий и детские впечатления – корабль отовсюду заливаемый водой. Но тогда, этому предшествовало еще множество лет скитаний из города в город, из храма в храм … и бесконечный дождь, … и густой туман.