Страница 47 из 241
Всегда и везде надежда грела душу вселяя уверенность в будущее, и очень хорошо, если она воплощалась-таки в жизнь не расстраивая надеющегося. Но как же тяжело испытывать разочарование, если удача резко меняет курс, превращая надежду в насмешку!
Не в силах поверить в такое свинство, Леп в сердцах ударил кулаком в створы запертых ворот.
«Второй раз, это надо же! Глупец! Следовало держать девку или вообще, связать ее!»
В храме находилась душа Видящей пути, как суть бестелесная, серьезного вреда не представляет, но возможно у эда́йнов все устроено по-своему.
«Интересно, она могла сохранить прижизненные способности? … Ведь храм как-то скрыт!?»
В подобные фокусы Леп не верил, но смесь отчаяния и негодования разъедала хуже ржавчины – помимо упущенного юно́ла, а теперь еще и девки, он не имел возможности увидеть происходившее внутри.
Пребывание души среди живых ограничено по времени и очень скоро возможность ее расспросить будет упущена, если эда́йна действительно спрятала в храме камень, то его уже не найти.
«Надо знать источники, к чему или к кому обращаются эда́йны. … Что же там говорилось о Пяти духах?»
Вдруг легкое прикосновение к сознанию заставило насторожиться, неприятное ощущение холодного парализующего щупальца. Заметно похолодало! Леп обернулся, ноги внезапно поехали по льду; дождь застывал ледяной коркой на камнях и одежде, жаркие искры слетавшие с рук топили лед, но он мгновенно нарастал вновь. В воздухе разлилось ощущение опасности, но «взгляд молнии» не улавливал внизу под туманной дымкой ничего подозрительного, ничего напоминавшего постороннее присутствие. Завывавший ветер перекрывая шум дождя, бросал горстями колючие ледяные осколки. Прошла напряженная минута, прежде чем осторожная попытка прикоснуться к сознанию повторилась. Леп «закрылся» от непрошеного гостя так резко, как мог, защемленное «тяжелой дверью» «щупальце» дернулось и пропало, даже почудилось движение чего-то метнувшегося вниз в чащу леса. Заклубился туман темный, липкий, неестественный, обострившееся чувство опасности заставило попятиться назад, буквально в последний миг Леп вскинул руки, раскрывая защиту, … она вдруг спружинила!
В десяти метрах ниже по каменной тропинке-карнизу возникло существо - крупная крылатая тварь с женской растрепанной головой, желтые кошачьи глаза источали ядовитую ненависть. Несомненно, во власти Мрака изменить облик, но чтобы до такой степени! В заострившихся чертах лица химеры Леп с трудом узнал графиню Нибе́ль Да́нри! Однако, даже в таком облике она странным образом притягивала взгляд, только сейчас ее обаяние было чудовищным, но от того не менее желанным. Леп помнил унижение, какое она устроила в присутствии половины волчьих охотников. Братья наури до сих пор насмешливо косятся. Зараза! Впрочем, сейчас это не имело значения, главное – графиня явилась в Сина́новые горы средь бела дня! Человек, цверг, юно́л, неважно кто, хоть бы и сам дракон, пришедший во Мрак принимает его суть и подобие, он не может вынести Свет. А тут!
- Какая встреча, графиня, прекрасно выглядите! – Леп саркастически поклониться. – Мои соболезнования о преждевременной кончине вашего, без сомнения, любимого мужа!
Порывы ветра и ледяного дождя смазали эффект, ноги скользили на камнях и движения выходили нелепым.
- Да пошел ты! – прошипела бывшая леди Нибе́ль, и ее взгляд потяжелел.
Леп на мгновение ощутил легкое недомогание, тонкая грань между наслаждением и болью, напряжение и настороженность смазали всё до сущей незначительности, легкого звона в ушах. Внезапно уже знакомое «щупальце» вновь попыталось проникнуть в сознание.
«Так вот кто интересуется чужими секретами!»
- Миледи, чрезмерное любопытство, знаете ли, не пристало даме высшего света!
Ментальный барьер, эта дверь без замков и ручек, покрылась инеем, и лицо твари исказила болезненная гримаса. Она вся подобралась, зашипела, и Леп без видимых действий с ее стороны вдруг получил сильную пощечину! От неожиданности он поскользнулся и едва не упал, носок башмака опасно завис над пропастью.
- Мораль будешь читать в другом месте! – по-прежнему не шевелясь, прошипела графиня, явно развлекалась от полученного эффекта.
- Вам трудно отказать в прямолинейности! – Леп снова растопил лед под ногами, чувствуя на губах солоноватый привкус, на щеке горела кровоточащая царапина.
- А назойливость не оставляет выбора! – не осталась в долгу графиня. – Верни девочку, она не нужна тебе!
- Но она нужна вам, так может, поговорим?
Тварь зарычала и в негодовании дернулась.
- Тихо! Тихо! – на этот раз Леп был на стороже и метнул предупреждающий разряд, крохотный, но все равно грохнуло рядом с химерой сильно. – Миледи, злоба вам ни к чему, иначе этот куриный маскарад может пристать навсегда.
Графиня издала вопль ярости, к незначительным ощущениям Лепа добавилась свинцовая тяжесть и сильная головная боль, он вдруг осознал, что эта гадина колдует, колдует тонко и искусно!