Страница 39 из 241
Хроники повествовали о Днях Гнева, случившихся почти девять веков назад, тогда едва не сгинули все миры! Причиной послужил конфликт богов с эда́йнами – самой первой расой, чей мир, среди десяти таких же, имел и своей формуле единицу. Рукописи не сохранили подробности, но эда́йны потеряли жизнь, дар и после заката их цивилизации миров стало девять.
Оставшиеся в живых народы мало интересовались судьбой опальной расы, куда интереснее слушать о загадочной Слезе Звезды сгинувшей где-то в мирах. Ходили целые легенды, будто кристалл дарует несметные богатства, вечное здоровье и пробуждает дар! Понятное дело, все и каждый хотели, чтобы волшебный камень угодил именно в родной мир и ни в чей другой.
Леп, тоже мечтал о несбыточном, хотел несметных богатств, хотел встать на одну ступень с королями, хотел стать достойным одной единственной женщины во всех миров.
Будучи мальчишкой, он, затаив дыхание завистливо слушал рассказы деда об охотниках за удачей, путешествующих по миру. Старики утверждали, будто камень угодил именно в этот мир, даже существовали какие-то приметы! Откуда брались те вымыслы? Прежде чем что-либо говорить, надо обшарить все девять миров, а на такое способны только боги и … эда́йны!
Леп пристально вглядывался в мертвую женщину, чьи непривычная красота не находила отклика в застывшей душе. Высокая, худая, слишком светлокожая для смуглых жителей Айнэ́рии – в ней все было чуждо! И тонкие черты лица с невыразительной формой носа и плотно сомкнутые раскосые глаза и прижатые к голове маленькие заостренные ушки. Леп скользнул взглядом по жестким смоляным волосам, густой спутанной массой, растекшимся по плечам и полу. Хмыкнув, обратил внимание на тщательно срезанные брови и ресницы, зрительно увеличивавшие и без того очень высокий покатый лоб. Вероятно, в другом месте и в другой жизни она считалась обаятельной, а возможно претендовала на красоту. Но сеточка сосудов отекших век, как след пристрастия к вину, ввалившиеся щеки, страдальческие морщины, припухшие, искусанные в кровь губы – все говорило не о красоте и благонравии, а скорее о распущенности.
Леп презрительно скривился.
«И вот это ничтожество….»
Чувство гадливости отравляло, точно плевок в душу - под божественными покровами скрывалась иномирянка – эда́йна давно погибшей расы! Разом забылись все ее заслуги перед родиной, Леп едва ли не физически ощущал, шатающийся под ногами мир и рушащиеся жизненные устои. Значило ли это, что вся жизнь – фарс, ложь, старательно выстроенная хитрыми, жадными жрецами?
«Интересно, что она посулила за молчание и тайну?»
Ответ напрашивался сам собой – несметные богатства в карман жрецов за предсказания будущего, что несомненно укрепляло слепую веру в религию. Да уж, государства без религии нет!
Никто и никогда не видел лица Видящей пути главного храма королевства. Попадая в темноту громадной залы Ответов, наивный обыватель видел только маленькую яркую точку. И представление начиналось. Неслышно двигающийся в темноте послушник в определенном порядке зажигал свечи. Леп помнил неоднократные дежурства своей юности в ежедневные часы вопросов и ответов. А взволнованному взгляду просителя представала неподвижно сидящая на табурете фигура, закутанная в жемчужно-серые покровы, сквозь которые из ее груди приглушенно лился ровный розово-лиловый свет. В полумраке фигура казалась бестелесной и вечность просвечивает сквозь нее, жрецы объясняли свечение, как Взгляд богов. Она виделась неземной богиней могущественной и вечной, как время. Пара рыжих рослых юно́лов всегда несла караул, не позволяя приближаться.
Перед ней трепетали, ее боялись и ей поклонялись, совершая немыслимые паломничества из всех уголков мира! И это при всем том, что каждый уважающий себя правитель или состоятельный землевладелец, считали своим долгом иметь, если не доморощенную Видящую пути, но уж гадалку совершенно точно. И все же со всеми бедами, просьбами и проблемами шли, ехали, плыли в главный город королевства, А́плин – потому что только Видящая пути давала четкий определенный ответ, вот уже без малого сто лет!
Леп не был ослеплен религией, а потому видел чуточку больше других, его не оставляла в покое способность Видящей предсказывать, в душе нередко ворочались нехорошее подозрения, как сейчас, например:
«Откуда дар, если все эда́йны лишены его? Ведьмино счастье? Но человеческий дар грозит смертью любому из них! А главное, что за источник света находился у нее на груди? … Что если это тот самый кристалл?»
Жрецы вдохновляли тысячи умов на подвиги. Но! Ни один из них не подумывал попытаться найти легендарный камень для главного храма королевства! Зачем идти далеко, путь другие идиоты впустую бродят по болотам и лесам! Возможно, в этом и крылся смысл.
«Кристалл, возвращающий дар и дающий понимание будущего!... О! Тогда понятно, к чему весь этот маскарад с серыми тряпками!»
Лепа прошиб холодный пот – всю свою жизнь находиться рядом с легендой! Стремительно склонившись, он вторично обшарил мертвое тело, горячо надеясь, что ночной обыск мог быть поспешным.