Страница 173 из 241
- Нам известно, что под посев дурман-травы распахали дополнительные земли под Дерсеном. Мы требуем там посеять сахарную свеклу.
- Свеклу! – он навалился всем телом на крышку стола, на Лауру пахнуло кислым духом давно немытого тела. Его поросячьи глазки приблизились так близко, что в них можно было увидеть собственное отражение. – Давай договоримся, еще раз полезешь в мои дела, отдеру как кошку и не посмотрю, что брюхата! Намек, надеюсь, поняла, … хм, королева? - Герцог рыгнул, обдав тяжелой смесью чеснока и тухлятины.
Лаура не шелохнулась, не моргнула, ни единый мускул не дрогнул на лице, она превратилась в изваяние с отрешенным холодным выражением, лишь взгляд оставался ясным, живым и ненавидящим.
Он поднялся и неторопливо направился к выходу, уверенный в себе почти Король, следом за ним мотнулись концы желтого шёлкового шарфа обвивавшего толстую кабанью шею. И Лаура рванулась, легче тени выскользнув из-за стола.
Едва за Атлавом стала закрываться дверь, как Лаура схватила концы его шарфа и с силой потянула на себя, одновременно прижимая захлопнувшуюся дверь коленом. Высокой, сильной вилавийке не пришлось особо напрягаться пока снаружи барахтался задыхающийся неуклюжий герцог. Через пару минут все было кончено, под тяжестью дверь распахнулась, тело безвольно растянулось на полу. Лаура торопливо сняла желтый шарф с шеи убитого и достав из внутреннего кармана флакон, капнула пару капель прозрачной жидкости в полуоткрытый рот толстяка, а потом смочив платок, обтерла шею. Следы удушения буквально на глазах исчезли. Будучи жрицей Альмиры, Лаура много знала о свойствах трав и минералов, также знала она и знахарское дело.
Посторонний шорох за спиной заставил оглянуться, возле стола стоял человек в темном плаще.
- Надо вызвать стражу! – хрипло посоветовал незнакомец.
- Как вы сюда попали? – ее сдавленный шепот едва не сорвался на крик.
- Зовите на помощь, Ваше Величество, промедление может навести на подозрения.
- Он умер от удара! – с вызовом заявила Лаура выпрямляясь в полный рост.
- Конечно, … как и Делот в свое время, – незнакомец откинул капюшон.
Лаура узнала Лепа.
Глава 27. Великий жрец
Прощание с усопшим, занятие ответственное, но само по себе тягостное: удрученные родственники, слезы, скорбь, свечной чад и нудное бормотание жреца читавшего Прощальный плач.
Заученно произнося слова над телом герцога Атлава Стэпль, Нодар Драгон вглядывался в мертвеца. Знахарь заключил, что именно грузность тела оказалась непосильной для сердца. - «Непосильно для сердца! … Чушь какая-то!» Нодар покосился свой мнимый живот, не соглашаясь с этим заключением, дородность не может служить источником бед. Объемные телеса, наоборот, призваны показать блестящее здоровье, такая особа, без сомнения, везде заметна и уважаема. Следовательно, жреческий сан обязывает к дородности.
Нодар выбивался из сил, предаваясь чревоугодию в попытке располнеть, но тщедушная комплекция изменениям не поддавалась. Единственное достижение - стал немного выпирать живот, что при сухой конституции выглядело, мягко говоря, странно. Но Нодар надежд не терял, он подвязывал подушку и таким образом, по собственному разумению, добивался необходимой дородности. Правда, со стороны, в просторных широких одеждах он походил на беременного, но жреческий сан требовал жертв. Мешавшая при ходьбе подушка была наименьшим бедствием, невысокий Нодар был вынужден носить каблуки. Тяжелая обувь нещадно натирала ноги, жрец постоянно потел, отчаянно скрывая хромату.
Нодар поморщился, стараясь незаметно пошевелить затекшими ногами; по причине недоверия знахарю, он сам решил прочитать Прощальный плач, чтобы внимательнее рассмотреть покойного. Ну не мог, герцог Атлав ни с того, ни с сего умереть! В нем слишком явственно бил мощный источник жизни, такие внезапно не умирают. В случившемся Нодар подозревал Лауру, ведь именно возле ее покоев нашли бездыханное тело. Но это не главное, на лице Королевы не проступило ни капельки волнения, эта иноверка вела себя так, точно возле ее дверей умирали ежедневно.
Надеждам, обнаружить следы насильственной смерти, сбыться не довелось, кожа Атлава везде была одинакова, ни единого свежего кровоподтека или пореза. Чрезмерный интерес остался без внимания, собравшаяся возле тела семья придавалась горю.
Удивительно, сегодня даже Анраз Вирно присутствовал с братьями и сестрой! Впрочем, молодой герцог скорее пришел из-за Принцессы Элии скромно сидевшей в сторонке.
Старая Диора всегда соблюдала с ней границу, прямая и надменная, она с каменным лицом глядела на свою свечу, но вряд ли скорбела по сыну, о мыслях витавших где-то совсем в другом месте говорил ее сосредоточенный и напряженный взгляд. Ее планы всегда приносили щедрые дары храму, а потому Нодар был готов смотреть старухе в рот. Правда затея с обвинением юнолов лишила жрецов надежной охраны, но как говориться, где-то убудет, но где-то обязательно прибавится.
Диора занималась собственными мыслями явно не в одиночестве, Нодар мог поклясться, Дэйк Коплан, сидевший рядом с матерью и его сестры Лидэя и Вивиан, тоже особо скорби не проявляли. Все слишком хорошо понимали, что между ними и короной стоит хилый малолетний Наследник Иргин и его мать, пусть и общенародно коронованная. - «Белинги хуже шакалов» Нодар с трудом сдержал оскал, он себя упорно не причислял к падальщикам-хищникам, хотя легкой наживой никогда не брезговал. Разница с Белингами заключалась в том, что Нодар Драгон мог удовлетвориться малым, он мог ждать, наверное, поэтому так долго задержался на верховной должности.