Страница 144 из 241
«Интересно, о каком предмете она говорит? Самой бы посмотреть!»
- Не заставляй меня повторять, - тем временем раздраженно продолжала та. - Учти, мое терпение быстро кончается!
Вцепившись ледяными руками в плащ, как в браню Наташа дрожала; на скорый отлет птички надеется не приходилось, но что тогда? Бежать? Едва ли такое возможно, конечно, вокруг имелись валуны, но они не достаточно крупные для укрытия.
Неизвестно, чем бы все закончилось, если ли бы не появление нового действующего лица! С неба упало нечто, и в двадцати шагах возник прямо-таки циклоп с лирообразными рогами, обезьяньей мордой и на козлиных ногах! Монстр расправил плечи, шумно выдохнул и заметив ведьму, низко заворчал напоминая раскаты грома. У обомлевшей Наташи даже земля под ногами загудела, а графиня взъерошила перья и припав к телу юно́ла, зло заклёкотала, ее обезображенное лицо исказилось ненавистью.
Безучастный ко всему Нолатэ́н лежал с разметавшимся хвостом, при виде его сердце защемило от тоски, но тут в глаза бросилась одна особенность - из затылка юно́ла торчал, медленно проявляясь, какой-то тонкий предмет – черная тонкая палочка не длиннее тридцати сантиметров!
Монстр дико взревел и забыв о затылке юно́ла, Наташа попятилась, наступив на край плаща она упала и поехала вниз, прямо под ноги чудовища.
- Ой, мамочки! – взвизгнула она, стараясь остановить скольжение.
Уже не было никакого дела до взъерошенной зло клёкотавшей графини, главное остаться живой, но всюду лед, галька, камни, клочки травы - все ледяное, ухватиться не за что. Спасибо Ма́бии за нож, вонзая клинок перед собой, Наташа на четвереньках поползла прочь, поминутно оскальзываясь на ледяной корке.
Скорей! Скорей! Выше и выше, не останавливаться за спиной слышны вопли и визг, будто сцепились в смертельной потасовке, даже не кошки и собаки, а какие-нибудь волкодлаки! Скорей! Скорей, пока монстры не договорились между собой. Мокрая рука соскользнула с рукояти, ладонь обожгло, но отвлекаться некогда. Вверх! Вверх! Не оглядываться! Ветер бьет в лицо царапая ледяными осколками, камни, валуны, трещины, в голове стучат набатом слова Нолатэ́на: «в пещерах спрятаться проще!» Наташа торопилась все дальше и дальше, вот за этот выступ, мимо расселин и обрывов, здесь лед уже был тоньше, поднялась на ноги, свернула туда, сюда, протиснулась в щель и оказалась на карнизе, под ногами чернела трещина шириной около двух метров, внизу пологое каменной дно с уклоном в вглубь. Сделав сгоряча пару шагов, она заколебалась, но вернуться назад не получилось, в грудь ударил сильный порыв ветра, и потеряв равновесие, Наташа полета в холодную черноту.
Она стремительно катилась вниз по шероховатой поверхности, пока не достигла дна щели, где и застряла.
От возбуждения и пережитого ужаса трясло, адреналин еще кипел в крови, Наташа попыталась высвободиться из плотно опутавшего ее плаща. Прочный, кожаный он надежно держал свою жертву, рассеивая всякую надежду на освобождение. Паника никогда хорошим помощником не была, для размышлений требуется холодная голова, но попробуй, успокойся спелёнатая плащом в узкой темной щели! И спутанная по рукам и ногам Наташа билась долго, а щель, как трясина затягивала все прочнее, с каждой попыткой плащ и мешок затягивали все дальше, все глубже, вот уже застряли щиколотки и колени, больно сдавило плечо. Если застрянет голова, тогда точно можно на себе ставить крест.
- Мамочка! … Помогите! – в истерике закричала она, уже понимая, что назад дороги нет. Потекли горячие слезы и прижавшись щекой о холодный камень, она обессиленно затихла.
Прошло минут пять, напряжение сошло, уступив место усталости и полной апатии. Очень хотелось вздохнуть, но каменные тиски не давали набрать в грудь воздуха.
Перед внутренним взором мелькали лица погибших юно́лов: лукавый Кринф, голубоглазый Аска́н, Дрокс, Гайон, … Нолатэ́н. Больше всего было жалко его.
«Вот бы сейчас Оксанка возмущалась! … А ведь она была права. Видимо с судьбой не поспоришь, если должен умереть, значит умрет»
Единственным оправданием могла послужить внезапная быстрая смерть юно́ла, а не мучительная и медленная в цепях.
- Зато теперь, меня ждет долгая и мучительная в камне. - Словно в ответ где-то грохнуло, по камню прошла волна, везде захрустело, посыпалась крошка и песок.- Мама! – Завизжала Наташа страшась быть раздавленной и рванулась из последних сил. Бедро сдавило так, что от боли помутилось сознание, зато стало как будто свободнее, плащ при падении был расстегнут и теперь одна пола немного высвободилась, благодаря шероховатости камня. Наташа забилась снова, судорожно стараясь освободить руки, скоро удалось поднять левую, а раненую правую согнуть в локте. - Чтоб тебя! – отталкиваясь, она снова рванулась и локоть едва не треснул. – Ааааа! - Шея в неудобном положении начала болеть, плечо ушло еще глубже, затравленно глядя вверх на далекую смутно светлевшую полоску Наташа обреченно заплакала. Еще одно землетрясение, камни сдвинутся, и ее попросту раздавит, невозможно освободиться при наличии всего одной руки; да хоть бы и две, все равно вытянуть из щели тело без опоры не реально.