Страница 20 из 36
– Приехали, – несчастным голосом подтвердил всадник, оборачиваясь к ним. Похоже, отсутствие слушателей на оставшемся впереди участке пути глубоко расстраивало молодого парня.
Она несколькими ловкими движениями пальцев расстегнула ремни и спрыгнула на землю, даже не заметив секундной задержки. Она не обратила внимания на то, как Маия расплатилась с возницей и отпустила его, и как рысь тронулась прочь, колебля ветви гигантских деревьев под собой. Перед ней стоял совершенно другой мир. Природа, подобной которой она никогда прежде не видела, ни на картинках, ни во всех своих книгах.
Густые кучевые облака медленно проплывали мимо неё, роняя на землю пригоршни холодного ветра. Ветер неспешно подметал землю под ногами, как дворник, занятый своей работой, но с интересом поглядывающий на девочек: что это они тут забыли?
– Пошли, – обратилась к ней любимая подруга.
– Да, – слова высохли на языке прежде, чем она успела произнести их.
И они пошли, вступая под своды ледяного леса. Тонкие ветви сосновых верхушек настилали им путь, а с обеих сторон дороги клубилось молочно-белое море, словно они шли по бесконечной косе, уходящей за горизонт по тихим и безмятежным туманным водам. Ветви и стволы деревьев чёрными колоннами и мостами произрастали из этой белесой воды, как стены и башенки волшебного замка, построенного на облаках. Воздушный замок из тёмного стекла. Ведь он должен обязательно быть легче воздуха, чтобы облака выдержали его, так?
Дворник-ветер оказался к тому же радушным хозяином. Он даже украсил свой дом к их приходу. Каждая иголочка на сосновых ветвях была посеребрена. Каждая веточка склонялась вниз, покрытая зеркально-прозрачной ледяной корочкой. Каждая трещинка на чёрных стволах поблескивала вплетённой в неё серебряной нитью. Чёрное с серебром удивительно шло этому лесу. Хозяин не поскупился на дорогие украшения. Все свои деньги, все свои драгоценности он беспечно выставил перед гостями, словно говоря: берите! Не жалейте! У меня ещё очень много!
– Ой, смотри! Снег, – заметила Маия, осторожно вышагивая по ломкой, хрустящей под ногами белой поверхности. Она ступала так аккуратно и нежно, словно котёнок, крадущийся по первому в его жизни снежному насту. Тамия смотрела на неё, и знала, что стоит строго напомнить забывшейся девочке, что на мокром белом покрывале очень легко поскользнуться и скатиться прочь с ветви-тропы, и тогда – ищи белые заснеженные косточки на дне облачной бездны… Но ветер шептал ей на ушко совсем другие, неприличные, ребяческие мысли, и золотые искорки в её глазах весело подмигивали ему. Девушка взялась за ствол тоненькой молодой сосенки и легонько качнула его, обрушивая на верную подружку целый водопад смеющихся, идеально симметричных снежинок.
– Ааах! Ай, ну, ничего себе, подруга! – кажется, ей очень идёт быть засыпанной снегом с головы до ног. – Вот как ты теперь поступаешь, да? Мне запрещаешь над собой подшучивать, а сама выдаёшь такие номера? Ну, погоди только, вернёмся мы с этого испытания, я тебе это припомню, я тебе все косточки пересчитаю, только– уф, уф-уф…
– Помолчи, – добавила девушка с волосами цвета яркой ранней осени, осыпая её ещё большей грудой снега. Ей определённо начинало это нравиться. – Лучше взгляни вокруг…
Хозяин был очень благодарен ей за устроенный небольшой беспорядок. И он решил явить девчатам настоящий облик своего дворца. Ведь это был не простой замок, а волшебный. Такой, в котором может исполниться самое сокровенное желание в твоём сердце, его даже загадывать не надо, гостеприимный хозяин сам прочтёт его в твоей горячей крови…
Ветер сотворил своё чудо. Облака разошлись в сторону, просто вдруг исчезли, открыв наверху невероятно близкое перламутрово-розовое небо. С неба медленно падали мягкие пушистые комочки снежинок, тихо кружась, подхватываемые весёлыми руками ветра. Разлапистые сосенки вдруг оказались такими невероятно-прекрасными, когда их пушистые заснеженные лапки осветил алый свет восходящего солнца. Пушистые, похожие на снежные статуи, такие нежные и ласковые, они застыли в абсолютной тишине и спокойствии под полотном непрерывно падающих с неба снежинок. И все украшения в лесу в мгновение ока превратились в чистое золото.
– Ой, – сказала Маия, выкапывая голову из-под пушистой кучи снега, оглядываясь вокруг, не замечая, что блестящие как бриллианты снежинки запутались в её волосах, как драгоценная диадема. – Вот это да… Так ярко, что даже глаза режет…
Тамия прошла немного вперёд, смотря во все глаза. И деревья, и запутавшиеся в ветвях клочья облаков, и усыпающий тропинку снежный покров блестели и переливались на солнце разноцветными огнями. На тонкие кончики сосновых иголок словно уселись маленькие подмигивающие звёздочки, золотые невероятно сложные узоры на тёмных стволах улыбнулись алыми слезами, а в заледеневших инеем веточках затаилась распускающаяся на солнце радуга.
Как же ты можешь так? – почти плача, спрашивала она ветер, не способная расстаться с подобной красотой, не желающая терять своё так запросто открывшееся сердце. Зачем ты расстаёшься ради нас с такой прекрасной драгоценностью? Зачем ты вынул её из ледяной шкатулки, зная, что через секунду она растает и исчезнет, погаснет, как отзвучавшая песня?