Страница 29 из 38
Кхарул оторвал пристальный взгляд от своего заклятого врага и похлопал в ладоши, стряхивая с рук пыль. За все эти годы Король был один в Карьере, видел лишь кого-то, кто приносил и бросал ему вниз еду. Двадцать два года Кхарул не разговаривал ни с кем, кроме самого себя и своих покровителей – Тёмных богов-облаков, чьи слабые голоса он слышал из Тьмы севера. Время, проведённое здесь, дало ему то, что раньше было огромной роскошью – возможность покопаться в прошлом, задуматься об ошибках. Жажда мести разъедала его чёрное сердце, но многое в его жизни теперь обрело новый смысл.
За всю свою невероятно долгую жизнь Кхарул сотворил множество деяний и гордился любым принятым решением, но лишь эти двадцать два года помогли ему осознать значение достигнутого, а беседы со своими прародителями напоминали ему о его родине и придавали сил. Возможно, после стольких событий его жизни, после всего, что открылось ему в детстве, после всего, что он познал, увидел и… уничтожил в годы своей юности, после войн и смертей, что сеял он в желании величия, Кхарул за двадцать два года, наконец, смог обдумать содеянное. Он больше думал и меньше действовал, разобрался в своих истинных помыслах и чаяниях. И лишь увидел Король Императора, чуть притухший огонь вновь загорелся в его тёмной душе.
К удивлению Луциана, Кхарул схватил сброшенную ему сверху верёвку и спокойно взобрался по ней на уступ. Восхождение его зорко прослеживалось стрелами, готовыми сорваться с тетив. Как только он ступил на неровную каменистую почву платформы и поравнялся со своим заклятым врагом, воины окружили его массивную, мускулистую высокую фигуру, и мечи их готовы были пронзить его в любой момент.
Луциан приказал им пропустить Короля вперёд, и сам пошёл за ним следом. Они вернулись в узкий проход Запретного Коридора, а вслед за ними поспешили Уэлиус и воины.
Кхарул шёл тихо, разглядывая стены скал, окружившие его, и знал, что Луциан не спускает с него глаз, держа в руке Линуэр.
Императора не отпускали тревоги, он мысленно отругал себя. Если сейчас, когда Кхарул идёт впереди, и Луциан не спускает с него глаз, если даже сейчас он беспокоится о том, что этот ужасный Король Чёрных Земель выкинет что-нибудь этакое, как же тогда он сможет доверить ему столь важное задание? Однако опасения Императора были напрасны. Кхарул шёл вперёд, выпрямив могучую спину. Пролетели повороты. Впереди Король уже завидел оставшуюся часть войска. Оно, все эти двести воинов, привели его в восторг. Он ощутил гордость, почувствовал, что он значит для Империи, глядя на армию, что собрал Луциан для охраны от него. Чем ещё могла быть вызвана такая мера предосторожности, как не страхом перед Отцом Затмения и заклятым врагом Империи Трёх Королей?
Соединившись с остальным отрядом, Кхарул и его конвой двинулись далее. Воины сурово следили и за Кхарулом, и за Луцианом. Войско было готово защищать властителя Империи в любой момент. Кхарул вдохнул воздух, в котором больше не чувствовалась пыль. Воздух, от которого он совсем отвык. Воздух, наполненный ароматом лесов и озёр, лугов и полей. Ветер играл с его волосами. Двадцать два года Кхарул дышал затхлым пыльным воздухом, что доносили в кольцо его темницы неспешные облака, двадцать два года песок и грязь забивались в нос, щипали глаза. И сейчас всюду чудился ещё Кхарулу звук кирки и каменная крошка. Но постепенно теперь на смену этому приходили влажная прохлада, щебет птиц и шелест травы. Выйдя из Запретного Карьера, ступив своими сапогами на зелёные луга, Кхарул почувствовал простор, желая дышать свежим, чистым воздухом, желая смотреть, как всё гуще растёт трава по мере отдаления от его темницы, как синева неба, недоступная его взору все эти годы, проведённые под серыми тучами над Тёмными скалами, слепит глаза. Ему почудилось, что он попал в совершенно иной мир, о котором не знал или напрочь забыл.
Впервые за двадцать два года, Кхарул увидел город Уэрдэйн, в величии своём сверкающий серебром в лучах высоко светившего солнца. Каждая частичка рельефа камня, из которого были возведены могучие стены, отражала тёплые лучи, на башнях реяли стяги, а образующие звезду, острые выступы вновь отстроенных стен, словно бы угрожали Кхарулу, вспомнившему о прошлом. Уэрдэйн бы величествен и прекрасен, он смеялся над порабощённым своим разрушителем, стоя в серебряном убранстве.
И Кхарул жаждал сравнять эту красоту и величие с землёй.
Отряд приблизился к массивным вратам Уэрдэйна, выйдя на дорогу, уходящую от этого места на северо-восток, где едва различимо виднелись упирающиеся в полотно небес высокие шпили башен города Кор. Луциан остановил отряд, и войны окружили вновь Короля Чёрных Земель. В это мгновение Кхарул вдруг подумал, что это последнее, что он видит в жизни. Зачем ещё, кроме как для казни, его вытащили сюда? Но Император подошёл к нему и, взяв за кольцо на груди, отвёл вперёд, остановившись там, где путь караванов переходит в мощёную дорогу, ведущую к вратам Уэрдэйна. Они остановились, Луциан сделал шаг вперёд и устремил свой взор куда-то далеко-далеко на восток.
- Там, - вглядываясь в горизонт, проговорил Император, - близ Далёких гор, мы кое-что обнаружили.
Кхарул молчал, но внимательно слушал.
- Малюсенькую деревушку, - продолжил Луциан, - почва под ней черна, будто выжжена, дым и испарения витают в воздухе. Дома, изгородь – всё почернело, омертвело.