Страница 27 из 73
— На нас напали. Я хотела создать щит, — я непроизвольно взмахнула руками, вспоминая происшедшее в туалете. — А вместо этого — забросила нас сюда, — в горестно вздохнула. — У меня ещё плохо получается. И это — мой первый самостоятельный переход в другой мир.
Фарамонд удручённо покачал головой.
— Нен мне голову открутит, — вздохнула согласно я.
— Кто-кто? — Насторожился наш спаситель.
— Мой учитель, — поправилась тут же я. Вот, блин!!! Я же не знаю кому Кайле говорил про возвращение своего брата, а кому нет. Насколько я понимаю — посвящённых единицы. Так проболтаться, ууууу. Не быть тебе, Марина, секретным агентом. Фарамонд тактично промолчал.
Паравозик весело катил вперёд, солнышко пригревало. Сзади меня устроилась Клеотаг, я так понимаю, контролируя тылы. А может, просто пряталась от встречного ветра — даже если у Фарамонда была ещё одна телогрейка, делиться её он не спешил. Кстати, о телогрейках: судя по размеру её владелец был очень высоким и с огромными плечами. В ней я буквально утопала — только нос наружу торчал. Напряжение спало и под равномерное покачивание и пыхтенье я задремала — несмотря на зверский голод.
Проснулась я от толчка: наш транспорт остановился. Фарамонд уже спрыгнул с на землю и топал в направлении постоялого двора. Клеотаг осталась со мной. На улице уже стемнело. Небо налилось глубоким синим цветом, и украшали его яркие, совершенно незнакомые мне созвездия. Луны — или её аналогов — видно не было. Но, возможно, местный спутник, если он и был, просто ещё не взошёл.
— Долго мы ехали? — Пытаясь размять затёкшие ноги спросила я.
— Два часа.
И всё это время Клеотаг сидела подпирая мне спину, чтобы я не свалилась.
— А Фарамонд?..
— Он сказал, что здесь остановимся ночевать и поужинаем, а завтра к обеду будем в Золотом.
— А как…
— Сказал, что на станции рассчитаемся — он понимает, что у нас нет местных денег, поэтому за постой и питание платит он.
— Спасибо, Таг.
— Не за что, это моя работа, — пожала плечами кощейка. — Только тут есть одно «но»… — вдруг замялась она. — Местные недоросли — сплошь вегетарианцы. Мясо совсем не употребляют. Надеюсь, вам это не доставит сильных хлопот.
— Всё в порядке.
Несмотря на то, что путников нам почти не встречалось, на постоялом дворе свободных комнат не оказалось, и пришлось ночевать в общем зале с пятью такими же неудачниками, как мы. Вот закончился ужин и все постояльцы разбрелись по своим местам. Нам удалось занять козырные места поближе к камину. Я устроилась у самой решётки: несмотря на тёплый (даже я бы сказала жаркий) день — местная ночь оказалась очень зябкой. Хотелось стащить с себя всё тряпьё и хорошенько искупаться. Помокнуть в горячей ванной. Выпить стакан апельсинового сока и завалиться спать на диване. Пусть мой диван и не был королевской периной — зато свой. Вместо этого жар чужого камина сушил кожу на лице, и приходилось следить, чтобы огромная чужая телогрейка не расползалась полами во все стороны — как бы кто случайно её не зацепил, невидимую под моей личиной.
Если честно, я думала, что засну минут через пять, но, видимо, мой мозг перевозбудился от такого количества событий, поэтому приблизительно через час я осталась единственной, кто всё ещё бодрствовал в полутёмном зале. День возвращался ко мне в воспоминаниях, но больше всего нервировала, конечно же, сцена в туалете. Я переживала её, наверное, десятый раз, когда рядом неожиданно раздался тихий шорох одежды. Я вздрогнула от неожиданности: вроде бы все спали?!
— Что не спишь, золотце? — Тихо поинтересовался Фарамонд.
— Да вот что-то… — я вздохнула и опять повернулась к огню. — Тяжёлый день был.
— Это да, — кивнул мой таинственный спутник. — Столько всего… Кстати, я правильно понял твою телохранительницу, что там в рощице вы оставили труп? Иномирный труп?
— Эээ… — к своему стыду я только сейчас задумалась об этом аспекте. Убийство (чьё угодно) оно где ни случилось — убийство. Мало того, что Клеотаг нужно будет как-то объяснять свои действия — это будет только когда (если) мы выберемся отсюда. А вот что начнётся когда местные найдут труп? Или уже нашли. Ох, мамочки… Здесь, как и на Земле, о существовании иных миров и, собственно, иномирцев, знали единицы. Вот это мы влипли.
— Ясно, — кивнул Фарамонд. — Значит, нужно зачистить хвосты.
Он снял что-то со своего запятья и потребовал меня протянуть к нему руку. Несколько секунд возни (уж не наручники он на меня надевает?!) и меня отпустили. Я с удивлением рассматривала неожиданный подарок: красный шнурок, на котором болталась одинокая бусинка из камня, очень похожего на нефрит.
— Это на случай, если я по какой-то причине вас не догоню, — пояснил Фарамонд. — Если я не вернусь к утру, собирайтесь и езжайте дальше, как ни в чём не бывало. Машину я оставлю здесь, кощейка, кажется, умеет такими управлять. Когда доберётесь до станции, предъяви это, — он кивнул на моё запястье. — Это — ключ от Уллы. С ним вы сможете попасть туда.
— А как… а как же ты?..
— Обо мне не волнуйся, золотце, — усмехнулася Фарамонд. — В самом плохом случае — я потом просто перейду в другой открытый мир, где есть ставка альпов, а оттуда уже вернусь домой.
— Но… Ведь ключи от миров нельзя так просто…
— Передавать? Нельзя. Но тебе — можно.
На этой странной сентенции наш местный сопровождающий встал и, подхватив свой заплечный мешок, беззвучно вышел. Даже дверь не скрипнула.