Страница 82 из 99
– Ну что, посоревнуемся? – спросила Алина, потирая ладони.
– Давай попробуем, – пожала плечами Василиса.
Девочки поставили аквариум на парту и поглядели друг на друга сквозь мутноватое стекло.
– Давай ты первая, – сказала Василиса.
Алина взяла конспект и принялась читать заговор. Лягушка замерла, как будто почуяв опасность. Некоторое время она сидела без движения, вытаращив на Василису влажные глаза. Когда Алина сказала «Гады ползучие под ивы плакучие, лягушки да жабы – под камни да ухабы», лягушка прыгнула, ударившись о стекло. Не ожидавшая такого, Василиса испуганно отпрянула.
– Один-ноль! – прокомментировала Алина. – В лягушкоболе мне нет равных!
– Да уж, – пробормотала Василиса.
– Теперь ты попробуй!
Девочка начала читать заговор, беззвучно шевеля губами. Она дошла до середины, но лягушка даже не пошевелилась. С таким же успехом можно было декламировать ей стихи Есенина или рецепт грибного жульена. Василиса прочитала заговор до конца, однако лягушка так и не сдвинулась с места.
– Ты наверно слова неправильно переписала, – сказала Алина.
Текст был переписан правильно, вплоть до последней запятой. Василиса переключилась на магическое зрение. Вокруг было полным полно волшебной энергии, но она никак не реагировала на слова заговора. Василису прошиб холодный пот. Она неловко поднялась, толкнув стул, и обратилась к учительнице:
– Можно я на минуту выйду?
Получив разрешение, Василиса покинула аудиторию и направилась в туалет. Там она открыла кран и плеснула в лицо холодной водой. Страх накатывал волнами, как тошнота.
«Во мне что-то разладилось, – с отчаянием подумала Василиса, глядя на своё отражение в зеркале. – Я больше не могу колдовать!»
***
Вечером с Василисой случилась истерика. Она лежала на кровати, зарывшись лицом в подушку и рыдала. В груди было тесно, сердце как будто стянули железные обручи. Алина молча сидела рядом и поглаживала её по спине. Когда слёзы иссякли, Василиса забилась в угол кровати, обняв мокрую подушку.
– Я не могу колдовать, – сказала она бесцветным голосом. – Полночь сказала мне, что волшебных слов не существует. Не знаю, почему, но я начала об этом думать. А потом оказалось, что мои заговоры больше не действуют…
– Ты считаешь, она тебя сглазила? – забеспокоилась Алина.
– Нет же! – поморщилась Василиса. – Никто меня не сглазил! Тут всё сложнее… я сама пока ничего не понимаю…
На следующий день и даже через неделю ничего не изменилось. Василиса по-прежнему видела магическую энергию и даже могла взять её в руку, но заговоры и заклинания перестали действовать. Алина считала, что всё дело в усталости и стрессе. «Тебе просто нужно немного развеяться, – говорила она. – Подожди, вот закончится семестр, бросим всё, и поедем в Орехово-Зуево!»
До конца семестра оставался месяц. Отметки Василисы поползли вниз. Она ничего не могла с этим поделать и сосредоточилась на подготовке к Большому Декабрьскому Шабашу. В очередной раз музыка стала для неё спасательным кругом и отдушиной. Каждый вечер Василиса закрывалась в коморке, включала усилитель на полную мощность, и по несколько часов отрабатывала гитарные рифы и соло.
Однажды утром Василиса посмотрела в календарь и обнаружила, что до Большого Декабрьского Шабаша осталось два дня. Она уже уяснила, что первый шабаш считался важным событием для любой ведьмы. Первокурсницы только и говорили, что о нарядах; в одёжных лавках и парикмахерских Лада выстроились очереди.
Однажды, за ужином, к Алине и Василисе подсела Кира Лихолетова.
– Ну что? – спросила она, устраиваясь на подоконнике. – Готовы к первому шабашу?
– А то! – сказала Алина. – Мы целый месяц репетировали как ненормальные!
– Как он вообще проходит, этот шабаш? – спросила Василиса.
– Сначала все собираются на крыше Бурсы и оттуда летят на Лысую Сопку, – сказала Кира.
– Летят? – Василиса отставила чашку и посмотрела на главу студсовета. – Что значит – летят?
– То и значит, – пожала плечами Кира. – Садятся на метлу – и вжжжик!
Василиса ощутила неожиданную слабость в коленях. Она не представляла, как можно подняться в воздух, сидя на палке. Одно дело ступа, там хотя бы ограждение есть…
– Кира, а ты сама летала на метле? – спросила Василиса.
– Ну, само собой, миллион раз.