Саврасова. Девушка нашего века

Промыв раны, бабушка смазала их мазью, которую делал Поликарп по своему рецепту, собрала поесть на лавке рядом с кроватью и ушла к соседям, про которых знала, что они тайно поддерживали связь с партизанами. Им рассказала про внучку и попросила передать Михаилу.

Проснувшись, Поля сразу кликнула бабушку. Матвеевна уже вернулась и поспешила на зов. Украдкой вытирая слёзы, склонилась к внучке. Девушка разговорилась: вспомнила, как в детстве, играя на огороде, повыдёргивала саженцы капусты, да так старательно и чистоплотно, что у них в тот год капусту вовсе не квасили; как купались в Волге до синих губ, как ездили в город с Поликарпом за сладостями. Но, упомянув деда, осеклась, посмотрела на бабушку и как будто всё заново осознала. Мгновенно погрустнела и отвернулась.

– Полюшка, ну чего ты? Помнишь, как с коня упала, а тебя собака из-под него вытянула, а то затоптал бы?

– Бабушка, какой сегодня день?

– Третье ноября.

– У меня вчера день рождения был.

– И правда! Ох, внученька, – всплеснула бабушка руками, – шестнадцать лет!

Хотела добавить «уже взрослая», но не вышло. Несказанные слова колючим комком раздирали ей горло. Хотелось выть, чтоб избавиться от спазма, сдавливающего шею, чтобы хоть ненадолго забыть последние недели, чтобы пожаловаться и куда-нибудь сбросить невыносимый груз. И она, не слыша себя, заголосила.