Констанция

— Мне здесь не нравится, — сказал Фред, кинув взгляд на не очень приветливую девушку за прилавком.

Его сильно смущал ее взгляд. Ее глаза были такие равнодушные и пустые, будто она была совсем не здесь, не в этом мире. Но, тем не менее, они были очень яркие и глубокие.

Лицо у этой девушки было странного бледного света, отдавало синевой. На нем слегка проклевывался нос, и была видна тонкая полоска розовых губ.

Мелинда громко поздоровалась. Взгляд девушки за прилавком сразу бросился на Мелинду, изучая ее внешний вид.

— Можно ли у вас что-нибудь перекусить? — Мелинда подошла к девушке ближе, нисколько не смущаясь настороженного взгляда.

— Только смотря, сколько вы заплатите, — взгляд девушки из равнодушного перешёл в насмешливый.

— Деньги у нас есть, — заверила Мелинда.

Девушка ещё раз оглядела троицу оценивающим взглядом и, тряхнув рыжими локонами, скрылась в комнате за прилавком.

— А она ничего такая... — Мелинда усмехнулась.

— Своенравная, — сказала Констанция.

Через некоторое время из той же двери вышла та же девушка. Хотя что-то поменялось. Ее лицо, точнее взгляд, полный холодного равнодушия, сменился на взгляд испуганного ребенка, увидевшего то, что нельзя было видеть. Лицо ее стало ещё бледнее, приобретая сильную синеву, как у мертвеца.

Она несла в руках три тарелки с вкусным пюре, которые так и манили к себе своим запахом.

Констанция заметила, как руки ее мелко дрожали, когда она подавала им порции. Что-то напугало ее, да так, что она не может говорить и унять дрожь. Ее лицо говорит само за себя, что доказывает то, что она очень впечатлительная и эмоциональная, а это полностью противоречит ее «холодному» образу.

— О, наконец-то нормальная еда! — воскликнула Мелинда, усаживаясь за столик в конце комнаты.

Констанция и Фред сели следом за ней. Поначалу они ели, захлебываясь собственной слюной, а потом, когда аппетит уже более или менее был удовлетворен, Констанция заметила, что Мелинда пристально наблюдает за странной девушкой за прилавком.

Фред тоже заметил некоторую перемену в поведении Мелинды, но не решался заговорить об этом с ней.

Когда девушка вновь скрылась в комнате, Мелинда резко наклонилась к Констанции.

— Она очень странно себя ведет, ты заметила?

— Ты раздуваешь из мухи слона, — сказала Констанция. — Она вела бы себя странно, если бы пыталась залезть на потолок или ещё чего хуже, — съесть нас. А так, ее просто что-то напугало, вот она и ходит бледная.

— Да, но не стоит забывать, что она могла бы впоследствии начать себя странно вести. Кажется, такую девушку легко свести с ума, — сказал Фред.

— Да ну, ее сложно свести с ума и заставить делать невообразимые вещи, — возразила Мелинда.

— Нет, Фред прав, ибо она достаточно впечатлительная и любое воздействие может легко повлиять на нее. А ее холодность — одна из сотни мнимых масок.

Мелинду раздражала манера этой девчонки говорить прямо и выражать своё мнение, будто бы оно являлось единственно верным и не имело неправильного умозаключения.

Девушка вновь вернулась и теперь, сидя за длинным столом, кидала встревоженные взгляды на Констанцию и Мелинду.

Мелинда заметила это и несколько смутилась. То не очень тактичное замечание в ее сторону все ещё давало о себе знать. Ей было не комфортно сидеть в грязной рубашке, со спутанными волосами и пальцами с запекшейся кровью.

Не то, чтобы ее внешний вид как-то отторгал её собственное восприятие себя, но раз посторонние обращают на это внимание — это не нормально. Купание в речке ничем не помогло и теперь она вся вновь грязная, будто бы никогда никакой речки в её жизни и не было.

Ее так же смущали порванные штаны и полуживой жилет, который девушка так заботливо шила перед своим походом.

От этих мыслей Мелинда смутилась ещё сильнее. Её щеки сильно покраснели, а губы наоборот, побледнели. Лоб потерял весь свой пигмент и сильно побелел.

Констанция совсем не обращала внимания на посторонний взгляд и спокойно ела. Еда не заглушала тот аппетит, который появился в желудке и равномерно перетек в легкие. Те предательски заболели и Констанция принялась есть активнее.

— Мелинда, — шепнул ей Фред.

Девушка подняла голову. Её щеки пылали уже не так сильно, как в начале, но розовый пигмент еще остался. Фред удивился, но внешне никак этого не показал.

— Ты чего такая потерянная? — спросил он у неё.

Мелинда махнула рукой и отвернулась. Не до его вопросов ей сейчас. Ей бы поскорее вычистить одежду, да расчесать волосы. А еще она очень спешит.

Стоило Фреду только отвернуться от неё, как он заметил, что незнакомка приближается к их столу. Двигалась она не совсем аккуратно, плохо перебирала ногами, словом, плелась, а не шла. Руки её были сцеплены в единый узел, костяшки и пальцы побелели от напряжения. Он встретил её взгляд. Мальчик смутился, а девушка на удивление встретила его взгляд холодно, словно она лишь проходила мимо, а не пыталась подойти к ним.

— Я, конечно, извиняюсь, но... — начала она, не дойдя пару метров до стола.

Мелинда, уже овладев собой, вытащила деньги и надменно протянула их хозяйке.

— Этого хватит? — раздраженно спросила она. Несмотря на такой тон, внутри по-прежнему бушевал стыд.

— Вполне. И всё же, я не за этим пришла. Мне надо отойти, а за лавкой присмотреть некому. Вы не могли бы посидеть тут пару минут?

Такая просьба казалась слишком глупой в данной ситуации, но хозяйка поспешила объяснить:

— Мне нельзя закрывать лавку так рано, но сейчас я не могу проигнорировать приглашение. Кое-кто попросил меня зайти, тут не далеко, и это не терпит отлагательств. Вы, несмотря на свой внешний вид, — она выразительно взглянула на Мелинду. Ту как током прошибло, — люди, которым я могу доверять.

Констанция недоверчиво повернула голову.

— Вполне ясно, почему именно мы. Мы же здесь единственные, помимо вас. Вы бы сами конечно хотели бы верить, что нам можно доверять, но это, естественно, не так. Дать вам сумку на хранение? — Констанция говорила насмешливым тоном, что несколько задело девушку.