Констанция

— Согреться тоже бы не помешало. Может, хотя бы костер из палок разожжем?

— Сначала попробуй их собери. В этой темноте дальше своего носа ничего не разглядеть!

— Но тут и глядеть нечего, палки все здесь, — сказал Фред, указывая на небольшую груду хвороста под деревом.

Мелинда сфокусировала взгляд на этой небольшой горе, после чего выдала:

— А они точно высохли? Совсем недавно прошел сильный ливень, между прочим.

— Да, они сухие, — сказала Констанция, прикасаясь к сучкам и веточкам своими синими руками. Мелинда задумалась, но ненадолго. Ее душа и так уже была согласна, а мозг под ее напором недолго сопротивлялся.

— Ладно, только давайте долго не задерживаться.

Спустя несколько минут из-под палок вытянулся дым, а затем и красное пламя. Приятная дрожь прошла по телу, тепло окутало их.

Констанция смотрела на огонь, и мысли ее смешались; она забыла, что вокруг непроглядный лес, что их охватывает тьма, и что лишь этот огонек излучает свет; она забыла, что рядом сидят ее спутники, которые тихо о чем-то перешептывались. Ей вдруг позабылся их язык.

А пламя все плясало, играло на глазах, обжигало веки и лицо, но это было настолько приятное ощущение, что Констанция невольно подалась вперед, ближе к огню. Горячий воздух окружил ее лицо. Этот огонь делал что-то невероятное с ней, с этим лесом в целом. Почему все такое плавное, зыбучее?

Весь мир перестал существовать.

— У меня такое ощущение, будто что-то не так, — прошептала Мелинда.

— М? — Фред закрыл глаза.

— Ну, какое-то ощущение, словно сейчас произойдет что-то непоправимое только из-за нашей не внимательности.

— Не переживай, все будет в порядке. Вон, огонь уже тлеет, — сказал мальчик, так и не раскрыв веки.

— Ага, тлеет. По-моему, пламя только больше выросло.

Фред не ответил. Мелинда тоже не стала продолжать разговор, она лишь смотрела на пламя и думала о том, как бы поскорее отсюда выбраться.