Страница 47 из 48
– Ты радуйся, что твоего благоверного любят женщины, – сказала Кубышка, – тогда от него в доме польза, он добрее и его ласка такая сладкая по ночам.
– Интересно, слышит ли нас Сёмка? – снова переспросила Сандра, оглядывая пещеру, – может во время пожара он перевоплотился в некий звук?
– Осмотри пещеру, поправь корневища, подтяни их друг к другу, – настаивала Кубышка, – не выросли ли посторонние цветы, когда ожил горячий ключ и стал захлёстывать пещеру, это так похоже на моего благоверного, он долго может отсутствовать, потом возвращается и такой буйный.., – она распахнула чашу, словно смеясь и снова стала собирать лепестки в полубутон, – вечер клонится к ночи, я скоро опущусь на дно озера со своими детьми, – она испустила вздох и он охватил ароматом пространство над озером, – мне надо знать, Сёмка в пещере или испарился через трещины земли.
Сандра приподнялась с песка и прошлась вдоль берега, подбирая разбросанные корни, скрепляя их меж собой и подвешивая к тем, которые уцелели от пожара и наводнения.
– Я не вижу ни одного чужого цветка, – сказала женщина, – разве что Сёмка воплотился в какой-то мелькающий во мраке мотылёк, однако и тот не подает голоса.
– Мотыльки ленивы и к тому же упрямы, – отвечала Кубышка, – скорее всего наш Сёмка упорхнул на волю по звуку, когда закачался первый ярус от выброса фонтана ожившего гейзера, в земле сразу появилось много трещин, как ты думаешь, Сандра? Что-то прожужжало над кувшинками, моя версия – он стал о в о д о м.
– Я же думаю, что без мужчин в пещере какое-то время будет жить спокойнее, – вставила своё веское слово Колючка, – пусть они лучше молются за нас правильно.
– А кто же будет огород копать? – спросила Кубышка, собираясь со своим царством на покой, – не придет же в дом чужая тётя?
– Я так думаю, – сказала Сандра, – вам в жизни, матушка Лидия, с мужем повезло, батюшка очень хороший!
– Да ты мне столько раз об этом твердишь! – развела ворсинки на фиолетовом цветке Колючка, – ты не заметила меж двух его больших пальцев правой руки жёлтые прожилки?
Сандра пожала плечами: – я не была столь внимательна, потому что думала о Сёмке, сожалея о том, что проколола медвежье сердце.
– Разве ты не целовала его правую руку? – переспросила матушка Лидия, так его пальцы, дорогая, покрыты никотином...
– Батюшка курит? – в голос вскрикнули Сандра и Кубышка, заволновалось от удивления всё царство кувшинок, начавшее погружаться на дно озера.
– Он начал курить ещё в армии, а потом не смог убить привычку и чадил украдкой, – тихо сказала Колючка, – не мог отвыкнуть, или носил в себе какой-то грех, от того переживал.
– Может, он разочаровался? – спросила Сандра, – мы же простые смертные разочаровываемся, а почему о н и не могут?
– Не думаю, – ответила Колючка, – он крепко стоит на своем фундаменте.
– А ухажёрки догадываются? – спросила Сандра.
– Да они такие тупые, как гусыни, – сказала Колючка, – они же кроме как смотреть ему в рот, ничего не умеют делать!
– Но в доме не пахло табаком, матушка Лидия, – сказала Сандра, – может, вы наговариваете на своего благоверного. Мне батюшка ваш так понравился, я бы не ушла из вашего дома никогда, если бы не голос дикого горошка, который позвал меня на выручку жёлтых кувшинок.
– Чтоб ты знала, что он на тебя, как на женщину, никогда не посмотрит, – с ожесточением ответила Колючка, – прелюбодейство ещё больший грех, чем курение!
– А ты ревнива, матушка Лидия, – засмеялась Сандра, он же, как мужчина, не в моём вкусе, кроме того, отец Александр сказал, что он уже не так молод.
– Может, вас соединят общие духовные цели, тогда возраст не играет роли, – вставила царица жёлтых кувшинок, пытаясь как можно дольше задержаться на поверхности озера, – Сёмка же ушел к женщине, которая была намного старше его, а я, глупая, не зная об этом нюансе, пыталась отравиться, вот и имею то, что имею, а как бы я сейчас процветала на земле, одному только богу известно!
– К сведению, я открою маленькую тайну, – сказала Колючка, – по утрам, на самой заре, мой муж распахивает окно и закуривает, выбрасывая струйки дыма прямо на репей и обволакивая соцветие дымом, в такие минуты, он, естественно, считает, что его никто не видит, и в горнице не пахнет табаком, его поглощают только фиолетовые цветы, потом батюшка пьёт густо настоянный чай из трав, что и отбивает запах табака.
– А ты не говоришь ему: обними меня, милый… – съязвила Кубышка.
– Обнять репей?.. – Сандра расхохоталась, – какие пустяки, – продолжила она, – курит украдкой, всем присущи маленькие слабости, отчего наши мужчины становятся нам ещё дороже.