Страница 34 из 39
- Боюсь, что нет. Но есть нечто поинтереснее зарплаты.
- И что же?
Роза надела роль шпионки.
Руслан Георгиевич лишь усмехнулся и отвернулся в другую от Розы сторону. Но пролежав так несколько минут, не выдержал и повернулся к ней вновь. Роза давно поняла, что мужчины не умеют держать язык за зубами и нужно всего лишь немного терпения.
- Я скоро переберусь в Центр.
У Розы аж вспыхнули глаза, хоть Матвеев и не мог заметить этот разгорающийся огонек внутри нее.
- Никто не перебирался, а вас они должны взять?
- Мы не отдали военным металл, хотя я знаю, что его добыли предостаточно: разговаривал с шахтерами. Лестер водит меня за нос, а вместе со мной и весь Центр. За голову предателя мне дадут должность в Центре, а там и уютное кресло в кабине VIP-класса в передней части одного из кораблей.
Роза потерла герб на своей ноге, словно ощущая, как он жжет и просит ее узнать еще что-нибудь. Противиться она не могла:
- Ну и куда по-вашему девается металл? Не у себя ли дома Лестер или кто-то еще его хранит? Шахтерам вечно кажется, что добыли они его больше, чем там оказалось на самом деле.
- Роза, а ты смотришь прямо в корень. Как раз-таки я представляю, куда девается металл. В доме Ескали есть подвал, я видел, как туда спускался Лестер. Наверное, там же и склад. Но зачем ему металл... Впрочем, не важно, я лишь хочу получить свое место в космосе.
Роза удивилась такой откровенности министра труда, но поняла, что он просто слишком глуп. Если бы его мысли оставались только в его голове, а затем все разом выплеснулись бы кому-то из Центра, то общине в Инсбурге пришел бы конец. Зато теперь Михаилу будет, чем заняться на досуге, а уж причину увольнения (пожизненного увольнения) придумать не составит труда.
- Что и требовалось доказать, - сказал Лестер, откинувшись на своем кресле. Перед ним стоял Михаил, убиравший блокнот в карман, и Роза, довольная собой. - Крыса. Теперь поступим с ним так, как он хотел поступить с нами. Правда, сейчас мы будем немножко жестче, чем обычно, но перед Центром отчитываться будем по стандартным бланкам. А теперь делаем следующим образом...
Идея Лестера крайне проста и настолько же эффективна, как посчитали все трое. Уже давно они искали вид казни, который смог бы применять Михаил, ведь количество смертельных инъекций, присылаемых Центром, снижается, а осужденных меньше не становится. Лестер предложил переоборудовать кабинет, сделать хотя бы какую-то звукоизоляцию и казнить при помощи созданных винтовок. Можно создать что-то вроде глушителя, над чем придется подумать импровизированному заводу в шахте. Такая казнь станет менее мучительной для осужденных, а еще хорошей возможностью проверять винтовки и, может быть, даже обучать членов общины стрелять.
Примерно за два дня до приезда очередного поезда Центра (того, который ходил всегда, а не неожиданного с провизией) такая комната для расстрела уже была готова. Ею стал небольшой кабинет, расположенный в подвале администрации, но в другую сторону от музея. Стены обложили всем, что только смогли найти: тряпки, дерево, какие-то панели из непонятных материалов, принесенные Викингом. Сам он сказал, что эти панели уже давно лежали у него в доме, но применения им так и не находилось - воду пропускали, ветер из щелей в доме тоже, а вот звук, как потом убедился и Лестер, и Михаил, немного задерживали.
Несколько раз ночью по городу слышался хлопок и жители нервно вскакивали со своих кроватей, но почти сразу засыпали: слишком издалека донесся звук, да и не касается это их. Потом хлопки прекратились, но выстрелы оставались: удалось создать почти полную звукоизоляцию. И в ту же ночь в кабинет завели Матвеева.
- Ах вы твари... - бранился бывший министр труда. - Я знал, что вы что-то затеваете, чуял. Не кончился же металл в этих погибающих шахтах. Я уже труп, вы это знаете, поэтому выкладывайте. Вам уже все равно, а я хоть посмеюсь над вашими планами перед смертью.
Матвеева посадили на дощатый пол, прислонив к толстому слою тряпок, подушек и другого мягкого материала. Этим они избегали рикошетов.
Рядом с Русланом стоял Лестер, сложив руки на груди, Михаил с каменным выражением лица и Айратов. Точно такой же состав, как и при любой казни. Но только в другом конце коридора сейчас находился человек с прикрытым лицом и грубо отесанной серой винтовкой в руках. Было видно, что руки у стрелка дрожали даже больше, чем у того, кто должен скоро отправиться на тот свет.
- Я не буду тебе ничего рассказывать, - сказал Лестер. - Лучше мы тебе покажем. Да, парни?
Ни министр здравоохранения, ни Судья ничего не ответили. Они молча стояли и наблюдали за ерзающим на полу Матвеевым. Им пришлось попрощаться со многими, отправив их далеко за пределы грешной земли и, отнюдь, не в уютном космическом корабле, однако сейчас перед ними сидел человек, которого они неплохо знали, хоть и недолюбливали. Матвеев редко общался с коллективом, привык бегать как мышь по администрации с кипой неправильно оформленных или ненужных бумаг. Но кто мог подумать, что мышка окажется крысой и попадется там, где никто и никогда не ожидал его увидеть? Когда Лестер узнал, где поймали Матвеева, он удивился. Его нисколько не удивили замыслы бывшего министра труда, его нелюбовь к Лестеру и прочее, но вот само место. Свое любопытство Лестер решил удовлетворить и спросил: