Гостья Межмирья

- Если темные вздумают напасть на нас, легче будет обороняться в развалинах замка.

- Вот как? – взгляд его черных глаз едва ли не прожигал меня.

Не имея возможности что-то разглядеть в его шлейфе, я чувствовала себя беспомощной. С ним труднее всего – невозможно понять, что он чувствует и чего ожидать. Каждый раз я наталкиваюся на стену такой толщины, что тут же теряюсь вместе со всеми своими преимуществами.

- Да, я считаю именно так, - мой голос уже подрастерял былую уверенность.

Тиральд, все еще глядя на меня, проговорил:

- Гарон, разбивайте лагерь.

- Слушаюсь, милорд.

Я ощущала, что растворяюсь и превращаюсь в маленькую-маленькую песчинку. Мой голос слабее комариного писка и вряд ли кто-то услышит его.

- Ты не прав.

- Агата, - он говорил спокойно и размеренно. – Здесь командую я, и все будет так, как скажу я. Если я и позволил тебе дать совет, это не значит, что нужны последующие. Заруби себе это на носу.

- Подожди, - он вопросительно посмотрел на меня. – Почему, Тиральд?

- Я так решил и я считаю, что так правильно.

И ушел вслед за остальными талиерами.

Я осталась стоять на месте и сознавать собственную беспомощность и никчемность. Может, книга права, и мое слово ничего не значит?

- Агата, - чья-то рука легла на мое плечо. – Не слушай его.

Я обернулась.

- Риэль, я же правильно сказала.

Полуэльф кивнул.

- Правильно. Ворон никогда и никого не слушает. Тем более женщину.

- Но, я не просто женщина, я – эллин-ран, я – даррит, в конце-концов!

Риэль грустно улыбнулся и покачал головой.

- Ему плевать. Тиральд всегда был таким.

- А ты давно его знаешь?

Мне казалось, что он должен смутиться, испугаться, сказать, что оговорился, но этого не последовало.

- Дольше, чем ты думаешь, Агата. Идем, нужно отдохнуть.

Я посмотрела на развалины вторым взором. Не найдя ничего такого, чтобы бы могло испугать Тиральда, снова начала злиться. Глупо делать что-то только потому, что ты привык слушать самого себя.

- Идем, девочка, - я погладила Элло по морде, и легонько потянула за собой.

Ярко-зеленый мох пушистым ковром покрывал камни. Они утопали в его плену и постепенно гибли в таких уютных объятиях.

Я бессмысленно смотрела на осколки каменной плиты, на которой сидела. Мысли казались медленными и тягучими, как смола. Они крутились вокруг одного и того же. Раньше я пыталась забыть, могла заставить себя не думать, а сейчас будто накатило.

Как же оказывается страшно не знать, кто ты и почему с тобой все это происходит. Я все еще помню свое имя, все еще знаю, какой была до того, как попала в этот мир. Но так и не вспомнила, как оказалась здесь. В том месте, где должно находиться важное связующее звено, будто провели ластиком. Как не старалась, не помню ничего. Просто очнулась в Аларэе и все.

Если бы я знала, где находится вход в этот мир, возможно, нашла бы и выход. Хотя, теперь уже поздно и я навсегда привязана к новой реальности, мне бы хотелось знать, почему я здесь.

Талиеры негромко переговарились за моей спиной. Я же сидела, оперевшись на стену, не желая к ним подсаживаться. Темнота не пугает того, кто прекрасно в ней видит, поэтому о неудобствах и речи не идет.

На миг мне показалось, что со стороны замковых развалин послышался какой-то шорох. Я прислушалась и всмотрелась в ночь. Нет, все же, показалось.

Мысли побежали по прежнему кругу. Интересно, кто я такая? Вряд ли то существо, которое сейчас сидит на камне, можно назвать нормальным человеком. Люди не могут просто так проникать в разум больших кошек и убивать их, они не призывают силу стихий и боятся темных теней. Нет, что-то во мне безвозвратно ушло, а что-то было обретено. Хотелось бы мне найти тот момент, когда я стала другой. Хотелось бы…

Я не стала оглядываться на шелест каменной крошки под подошвами сапог. Кто идет и так понятно. С обострением слуха приходит способность различать людей по шагам, дыханию, даже ударам сердца.

Он сел рядом со мной, расправил полы черного плаща и внимательно посмотрел куда-то в темноту. А я подумала, что ненавижу горькие степные травы.

- Злишься?

- Злюсь.

- Считаешь, что ты права?

- Если знаешь, зачем спрашиваешь?

Я посмотрела на его лицо. Седая прядь туго стянутых волос резко выделялась среди той черноты, которая постоянно окружает этого мужчину. Хотелось бы мне знать, как он заполучил ее.

- Ты слишком самоуверенна, Агата. Не стоит после первого же успеха считать себя всемогущей.

- Я так не считаю.

- И спорить со мной тоже не стоит. Я прожил гораздо дольше тебя и больше разбираюсь во многих вещах.

Я промолчала. Возражать сейчас не имеет смысла.

- Так почему ты все-таки решил не останавливаться в развалинах?

На его лице не было даже тени улыбки, но мне показалось, что его выражение как-то неуловимо изменилось.

- Я ощущаю что-то чужое и очень хорошо скрытое.

- Темные эльфы?

- Нет. Не они. Их магию я чую не хуже ищейки.

- Тогда почему я ничего не чувствую?

- Ты слишком молода и неопытна, Агата. Многие вещи укрываются от тебя.

- Молодость способна учиться, - с раздражением ответила я, неизвестно зачем рассматривая мелкий камешек в моих ладонях.

- А тебе предстоит узнать еще очень многое.

- Тиральд, - я на секунду запнулась, но, увидев в его глазах вопрос, продолжила: - Почему ты так относишься ко мне? Зачем постоянно указывать на мое место?

- Считаешь, я несправедлив?

- Считаю, что ты меня недооцениваешь.

Вот, наконец-то. Сказать это вслух оказалось не так страшно, как я думала.