Страница 43 из 105
— Я познакомлю тебя с ней сегодня, обязательно! — возбужденно блестел глазами Лаэррос, выискивая в толпе танцующих свою избранницу.
— Ты мне это который год обещаешь, — усмехнулся Трандуил, — я все больше и больше сомневаюсь, что ты не по своей воле ушел обучаться к энтам!
— Еще раз напомнишь мне об этом и пожалеешь — нахмурился Лаэррос, метнув сердитый взгляд бирюзовых глаз на ухмыляющегося брата.
Надо же, он давно вернулся во дворец, успел поступить на службу к Маблунгу и даже достиг на ней немалых успехов, но брат не устает напоминать ему о тех днях! Хотя иногда, оставаясь наедине с самим собой, Лаэррос с грустью вспоминал эти дни и ночи, пронизанные древней силой леса. Когда он смог почувствовать, как растет каждая травинка на поляне, как течет сок просыпающихся по весне деревьев, как переговариваются они друг с другом, приветствуя и сплетаясь ветвями… Тут Дождик хитро глянул на брата, сидевшего строго и прямо, как подобает вельможе на приеме, и незаметно ткнул его в бок:
— Спорим, я все-таки познакомлю тебя сегодня с Тинвен!
— На что? — заинтересовался Трандуил. Младший Ороферион был азартен без меры, и многие этим пользовались, заключая с Лаэрросом заведомо проигрышные пари и потом со смехом наблюдая, как он отдувается. Трандуил не был исключением.
— Если выиграю я — ты проведешь неделю в лесу со мной и энтами! — оживился Лаэррос, уже представляя брата, пытающегося уговорить заснуть старый бук.
— А если я? — лениво протянул Трандуил, заранее предвкушая выигрыш.
— Сам придумаешь, — беспечно отмахнулся Лаэррос. Оглянувшись на танцующих, он подмигнул брату и скрылся в толпе. Трандуилу оставалось лишь проследить за ним и снова вернуться к своему опустевшему бокалу.
— Опять сидишь один, не танцуешь. — Эннель тихо присела рядом. — Посмотри, сколько вокруг прекрасных эллет, жаждущих получить хотя бы твой взгляд.
— Ты же знаешь, что меня они не интересуют, — ровно ответил сын, потянувшись за кувшином. — Или вы с отцом никак не избавитесь от мысли, что мои чувства к Нарэлен — мимолетное увлечение?
— Не говори так, — Эннель тихонько вздохнула. Отношения со старшим сыном давно напоминали пикировку противников, когда один пытался больнее задеть другого. Это ранило любящее сердце матери, но сын не хотел идти навстречу, в штыки воспринимая любые попытки к сближению с ее стороны. Если с Орофером они хотя бы общались при дворе, то Эннель остались лишь скупые поцелуи и улыбки через силу.
— Тогда к чему этот разговор? — Трандуил покосился в сторону матери, скорбно поджавшей губы. Странно, скажи ему хоть кто-нибудь, что у него будут такие отношения с самым родным существом в Дориате, он без слов ввязался бы в драку. Теперь же пропасть между ними только росла и ширилась, начавшись с легкой размолвки, подпитываемая горечью и обидой. Иногда Трандуил винил ее в том, что остался, в том, что не уехал тогда, сразу после разговора с отцом. Поддался на его уговоры и решил не причинять боли горячо любимой матери. Он замечал, как Эннель все больше тянулась к Лаэрросу, находя в нем тепло и любовь, которых лишил ее старший сын, влюбившись в нолдо.
— Может, я просто желаю тебе счастья? — тихо ответила Эннель, поворачиваясь и глядя прямо в холодные льдистые глаза.
— Ты знаешь мой ответ, — так же тихо проговорил Трандуил. — Мое счастье не здесь и никогда уже здесь не будет.
Тяжело вздохнув, Эннель промолчала, не желая спорить. Но вот лицо ее осветила улыбка, и Трандуил недоуменно проследил за ее взглядом, выхватив из разноликой толпы Лаэрроса, ведущего за собой эллет. Поприветствовав Эннель, они развернулись к ошарашенному Трандуилу, который даже не пытался скрыть своего удивления.
— Кажется, кому-то придется провести недельку в лесу, — подмигнул Лаэррос, осторожно подталкивая эльфийку, спрятавшуюся за его спиной, вперед. — Тинвен, позволь представить тебе моего брата Трандуила.
Невысокая эльфийка робко выступила вперед, поднимая огромные серые глаза на Трандуила. Вспыхнув, как маков цвет, она пробормотала что-то, обозначающее приветствие, и поспешно отошла назад, пряча лицо в длинных волосах. Лаэррос, удивленно поглядев на свою избранницу, протянул:
— Первый раз вижу, чтобы Тинвен молчала и смущалась. Ты сегодня излишне сурово выглядишь, брат мой!
— Возможно, это оттого, что я предвкушаю наши совместные свидания в лесу, — усмехнулся Трандуил. — Рад познакомиться с тобой, прекрасная эллет, — он приветственно взмахнул кубком в ее сторону, заметив, что она украдкой посмотрела в его сторону из-за спины Лаэрроса.
— Надеюсь, ты позволишь наблюдать мне за этим? — осмелев, спросила Тинвен, имея в виду обучение Трандуила премудростям пастырей леса.
— Э, нет, так мы не договаривались! — запротестовал Трандуил, поднимая руки вверх. — Только я и Лаэррос, и больше никого. Но, уверен, он тебе обязательно потом все расскажет. В подробностях!
— Уверена, Трандуилу тоже будет что и кому рассказать, — хитро улыбнулась Тинвен. Однако улыбка ее застыла, а сама она беспомощно смотрела, как нахмурился старший Ороферион и, коротко извинившись, вышел из-за стола.
— Я что-то не то сказала? — она переводила беспомощный взгляд с Лаэрроса на Эннель. Та лишь грустно качнула головой, а Дождик вздохнул, пожав плечами:
— Его любимая не из Дориата.
— Любимая? — дрогнувшим голосом спросила Тинвен, посмотрев в сторону, куда скрылся Трандуил. — Никогда не слышала о том, что его сердце не свободно…
— И лучше об этом никому не говорить, — резче, чем обычно, ответила Эннель, поднимаясь.
— Я потом расскажу, — одними губами проговорил Лаэррос, кивая матери и провожая ее глазами.
Меж тем праздник набирал обороты, музыка гремела, разносясь по всему лесу, а искры высоких костров возносились в черное небо, вспыхивая в потемневшей листве. Хмельное вино лилось рекой, развязывая языки и распуская излишне тугую шнуровку корсетов. Сегодня Владыка синдар пировал, призывая гостей запомнить его праздник на долгие годы.